Определение ВК ВС СССР по делу Матвеева В.З.

 

 

Копия с копии

Секретно

ВЕРХОВНЫЙ СУД СОЮЗА СССР

ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 001668р/39

ВОЕННАЯ КОЛЛЕГИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА СССР

В составе:

Председательствующего полковника юстиции ДОЛОТЦЕВА
и членов: полковника юстиции РАВИЧ-ЩЕРБО
подполковника юстиции ШВЕЦОВА

рассмотрев в заседании от 6 августа 1955 г.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ГЛАВНОГО ВОЕННОГО ПРОКУРОРА

на приговор Военного трибунала Московского округа внутренних войск НКВД от 7-9 апреля 1939 года, которым осуждены:

1) ИЗРАИЛЕВ Александр Николаевич, 1894 года рождения, уроженец села Марьино, Мологского района, Ярославской области, по ст.58-7, 58-10, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества,

2) АСТРОВ-ШИРПАНОВ Георгий Васильевич, 1900 года рождения, уроженец города Смоленска, по ст.ст.58-7, 58-10, 58-11 УК РСФСР к тюремному заключению сроком на 10 лет с поражением в правах на 5 (пять) лет, с конфискацией всего имущества и с лишением звания «старший лейтенант УГБ»,

3) БРИЛЛЬ Юрий Павлович (он же Соломонович), 1904 года рождения, уроженец города Кировска, по ст.ст.58-7, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества,

4) МАТВЕЕВ Владимир Зосимович, 1897 года рождения, уроженец города Ташкента, по ст.ст.58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР к тюремному заключению сроком на 15 лет с поражением в правах сроком на 5 лет, с конфискацией всего имущества,

5) ГИНЗБУРГ Исаак Григорьевич, 1892 года рождения, уроженец города Гомеля, по ст.ст.58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества и с лишением воинского звания «военврач 1 ранга»,

6) ЕРМАКОВ Андрей Петрович, 1903 года рождения, уроженец деревни Волковуша, Семеновского района Ивановской области, по ст.ст.58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР к высшей мере наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества,

7) СУЛИН-ЭТИН Алексей Лазаревич, 1903 года рождения, уроженец города Ромны, по ст.ст.58-8, 58-10, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества,

8) ПОЛИСОНОВ Александр Владимирович, 1896 года рождения, уроженец деревни Пошехоны-Володарск Ярославской области, по ст.ст.17-58-8, 58-10, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества и с лишением воинского звания «полковник»,

9) АБРАМСОН Лев Маркович, 1896 года рождения, уроженец города Свенцяны бывш. Виленской губернии, по ст.ст.17-58-8, 58-7, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества,

10) МАКСИМОВИЧ Юрий Константинович, 1899 года рождения, уроженец города Моздок, по ст.ст.58-7, 58-8, 58-10, 58-11 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества,

11) ГОСКИН Михаил Федорович, 1886 года рождения, уроженец села Апраксино Ардатовского района Ульяновской области, по ст.ст.58-7, 58-11, 58-13 УК РСФСР к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией всего имущества.

Определением Военной Коллегии Верховного Суда СССР от 16 августа 1939 года приговор военного трибунала изменен: АБРАМСОНУ Льву Марковичу, ИЗРАИЛЕВУ Александру Николаевичу, БРИЛЛЬ Юрию Павловичу (он же Соломонович) высшая мера наказания – расстрел – заменена лишением свободы в ИТЛ сроком на 20 лет с поражением в правах на 5 лет каждому, ПОЛИСОНОВУ Александру Владимировичу высшая мера наказания – расстрел – заменена лишением свободы в ИТЛ сроком на 15 лет с поражением в правах сроком на 5 лет. АСТРОВУ-ШИРПАНОВУ Георгию Васильевичу, МАТВЕЕВУ Владимиру Зосимовичу тюремное заключение заменено лишением свободы в ИТЛ на сроки, указанные в приговоре.

В остальной части приговор оставлен в силе.

Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 31 августа 1939 года ГИНЗБУРГУ Исааку Григорьевичу и ЕРМАКОВУ Андрею Петровичу высшая мера наказания – расстрел – заменена лишением свободы в ИТЛ сроком на 25 лет с поражением в правах сроком на 5 лет, с конфискацией всего имущества каждого.

Заслушав доклад тов.ШВЕЦОВА и

Заключение помощника Главного Военного прокурора подполковника юстиции ПРОШКО, -

УСТАНОВИЛА:

Осужденные по делу судом признаны виновными в том, что они, находясь на ответственных должностях в ГУЛАГе НКВД СССР, входили в правотроцкистскую террористическую и вредительскую организацию, где широко проводили установки врагов народа Ягоды и Бермана.

В результате проводимой вредительской работы на строительстве был причинен государству огромный ущерб.

БЕРМАНОМ в эту контрреволюционную организацию были вовлечены ГОСКИН, ЕРМАКОВ, ГИНЗБУРГ, СУЛИН-ЭТИН. Эти лица, кроме ГОСКИНА, впоследствии были взяты для контрреволюционной деятельности в Наркомат связи.

Вербовка основной группы участников организации происходила в 1932-1935 годах.

Антисоветская группа в ГУЛАГе организованно проводила вредительство по линии искажения осужденных за контрреволюционную деятельность путем создания различных льготных условий, путем срыва оперативной работы и сокрытия от разоблачения контрреволюционеров, путем разложения военизированной охраны, торможения строительства и омертвления государственных средств.

Судом каждый из осужденных признан виновным в совершении следующих преступлений.

1) ИЗРАИЛЕВ, работая начальником горного отдела ГУЛАГа, а затем зам. начальника Ухто-Печерского лагеря, тормозил развитие угледобычи в лагере и задерживал добычу нефти и радия. В 1935-1936 годах тормозил лесные разработки, не принял мер к ликвидации последствий вредительства при строительстве автострады.

2) ЕРМАКОВ, состоя в должности секретаря парткома, занимался вербовкой в контрреволюционную организацию, проводил вредительство по линии несвоевременной отправки заключенных в лагеря, где требовалась рабочая сила, направляя на работу таких заключенных, которые были непригодны к труду.

3) ПОЛИСОНОВ, работая в отделе охраны ГУЛАГа, создавал невозможные условия в работе для работников охраны, в результате чего срывалась боевая и политическая подготовка, создавались условия для побега арестованных.

Ввиду отсутствия правил и положения для охраны создавались условия для совершения различных преступлений работниками охраны.

4) ГОСКИН, ведая в ГУЛАГе отделом железнодорожного строительства, занимался вредительством путем составления нереальных планов и срыва постройки дороги Волочаевка-Комсомолец. Кроме того, он занимался подбором и вербовкой вредительских кадров в контрреволюционную организацию.

5) АСТРОВ-ШИРПАНОВ, находясь на оперативной работе в ГУЛАГе, тормозил выявление антисоветских элементов и путем ослабления дисциплины разлагал чекистский аппарат.

6) ГИНЗБУРГ, работал начальников санитарного отдела ГУЛАГа, не проводил необходимой санитарной работы. Тюрьмы и лагеря были предоставлены самим себе. На работу принимались социально-чуждые и враждебные элементы, которые допускали ослабление режима осужденным за контрреволюционные преступления. Плохое медицинское и санитарное обслуживание приводило к значительной смертности заключенных. ГИНЗБУРГОМ были созданы благоприятные условия к освобождению по болезни осужденных за контрреволюционные преступления.

7) МАТВЕЕВ, будучи начальником Норильстроя, по заданию врагов народа Плинера и ГОСКИНА, как участник контрреволюционной организации, занимался вредительством в строительстве Полиметаллического комбината, вредительски построил железнодорожную ветку Норильск-Дудинка.

8) БРИЛЛЬ, ведая в ГУЛАге доставкой и перевозкой грузов для строительства, вредительски тормозил своевременную доставку грузов, в результате чего задерживалось строительство.

9) АБРАМСОН, являясь начальником финотдела ГУЛАГа, проводил вредительство в области финансов. Будучи завербован в контрреволюционную организацию Дерибасов, он создавал фонд иностранной валюты, который ДЕРИБАС использовал для проведения антисоветской работы.

10) МАКСИМОВИЧ, работая как инженер на различных должностях в Ухто-Печерском лагере и зная о проведении вредительства главным инженером строительства Морозом, не препятствовал ему в этом. В дальнейшем МАКСИМОВИЧ проводил в жизнь вредительские мероприятия МОРОЗА, в результате чего тормозилось строительство и «замораживались» государственные средства.

11) СУЛИН-ЭТИН, работая в ГУЛАГе в качестве секретаря, а затем в должности начальника отдела кадров и личного секретаря Бермана, знал о контрреволюционной деятельности правотроцкистской организации в ГУЛАГе. Как начальник отдела кадров он способствовал засорению аппарата ГУЛАГа социально-чуждыми элементами.

В заключении Главного Военного прокурора указывается, что обвинение осужденных по делу было основано на показаниях их на предварительном следствии, где они признавали себя виновными в инкриминированных преступлениях, от которых они в суде отказались, и на малоубедительном заключении экспертизы, которая была проведена необъективно.

В заключении ставится вопрос об отмене приговора и определения Военной Коллегии Верховного Суда СССР по следующим основаниям.

Обвинение ИЗРАИЛЕВА, указывается в заключении, в том, что он по заданию Плинера создавал условия к досрочному освобождению заключенных и не принял мер к ликвидации последствий вредительства, не подтверждается материалами дела.

К делу приобщен приказ НКВД СССР от 20 декабря о зачете рабочих дней заключенным, из которого видно, что ИЗРАИЛЕВ как начальник ИТЛ обязан был производить зачеты, в том числе и осужденным за контрреволюционные преступления.

Проверкой установлено, что Плинер, будучи арестован за измену Родине, на предварительном следствии назвал Израилева участником антисоветской организации, но в суде заявил, что он о себе и о других лицах дал ложные показания по принуждению следователя.

Неправдоподобность показаний ИЗРАИЛЕВА на предварительном следствии подтверждается и тем, что он назвал ЛИХАЧЕВА руководителем антисоветской организации, который работает на ответственном посту и к уголовной ответственности никогда не привлекался.

Обвинение ЕРМАКОВА было основано на показаниях Дибобаса (? – Сост.), Плинера, Калачникова и Госкина, которые дали они на предварительном следствии. Однако в суде все эти лица от ранее данных показаний отказались.

Дибобас, утверждавший на предварительном следствии о то, что он вместе с ЕРМАКОВЫМ, ПЛИНЕРОМ и другими состоял в антисоветской организации, судом оправдан, как оговоривший себя и других под воздействием незаконных методов ведения следствия.

В связи с проверкой дела Дибобас был допрошен и он заявил, что знал ЕРМАКОВА, ГИНЗБУРГА, МАТВЕЕВА, ГОСКИНА по совместной работе и охарактеризовал их с положительной стороны.

Сам ЕРМАКОВ на предварительном следствии и в суде свою вину отрицал.

Обвинение ПОЛИСОНОВА было основано на показаниях Кононова, Калачникова и Савицкого.

Однако проверкой установлено, что Савицкий и Кононов оговорили себя и других лиц в совершении контрреволюционных преступлений, и дела в отношении их были прекращены за отсутствием в их действиях состава преступления.

Показания КАЛАЧНИКОВА не были проверены в суде ввиду его смерти, но эти показания опровергаются показаниями ПОЛИСОНОВА и КОНОНОВА.

Обвинение ГОСКИНА было основано на показаниях МАТВЕЕВА и осужденного по другому делу ФИЛИМОНОВА.

ГОСКИН на предварительном следствии вначале признавал себя виновным. Затем от ранее данных показаний отказался.

В суде ГОСКИН виновным себя не признал и показал, что он дал вымышленные показания в отношении себя, Филимонова и других.

МАТВЕЕВ тоже отказался от ранее данных им показаний в отношении ГОСКИНА и заявил, что давал их по принуждению следователя.

Показания ФИЛИМОНОВА судом не были проверены, а проверить их в настоящее время не представляется возможным ввиду того, что ФИЛИМОНОВ расстрелян.

Обвинение АСТРОВА-ШИРПАНОВА было основано на показаниях КАЛАЧНИКОВА. Однако показания последнего о преступной деятельности АСТРОВА-ШИРПАНОВА в суде проверены не были в связи со смертью его.

Обвинение ГИНЗБУРГА было основано на показаниях ИЗРАИЛЕВА, ГОСКИНА, СУЛИНА, АБРАМСОНА и на показаниях осужденных по другому делу БЕРМАНА и ПЛИНЕРА.

ГИНЗБУРГ свою причастность к какой-либо антисоветской организации отрицал и пояснил, что БЕРМАН и ПЛИНЕР его оговорили.

ПЛИНЕР в суде отказался от данных им на предварительном следствии показаний и заявил, что они ложны и даны им по принуждению.

ИЗРАИЛЕВ, ГОСКИН, СУЛИН-ЭТИН, АБРАМСОН, как уже указывалось, от показаний, данных на предварительном следствии, отказались и виновными себя не признали в совершении контрреволюционных преступлений.

Показания БЕРМАНА не проверены ввиду того, что он расстрелян.

Обвинение МАТВЕЕВА и БРИЛЛЬ в том, что они состояли в контрреволюционной организации и тормозили строительство комбината и железной дороги, было основано на показаниях БЕРМАНА и ГОСКИНА.

Как уже указывалось, ГОСКИН от своих показаний в суде отказался. Показания БЕРМАНА неправдоподобны и опровергаются показаниями осужденных по другим делам МОРОЗА и ПЛИНЕРА, так как последние в суде от своих показаний, данных ими на предварительном следствии в отношении МАТВЕЕВА и БРИЛЛЬ, отказались.

Обвинение АБРАМСОНА было основано на показаниях ГОСКИНА, ЛОЕВЕЦКОГО, ШИШМАРЕВА, ФРУМЕСА. Показания ШИШМАРЕВА и ФРУМЕСА на предварительном следствии о том, что АБРАМСОН входил вместе с ними в антисоветскую организацию, не могут служить доказательством, так как они в суде отказались от своих показаний, а впоследствии было установлено, что ФРУМЕС и ШИШМАРЕВ были осуждены неосновательно.

Показания ЛОЕВЕЦКОГО неконкретны и сомнительны. ЛОЕВЕЦКИЙ показывал, что в состав антисоветской организации входил и ТАУМИН. Однако последний судом не признан виновным в совершении контрреволюционных преступлений и был оправдан.

Обвинение МАКСИМОВИЧА и СУЛИН-ЭТИНА основано на показаниях МОРОЗА, ТАУМИНА, ПЛИНЕРА.

Как уже указывалось, эти лица в суде от ранее данных показаний отказались, а ТАУМИН, назвавший себя, СУЛИН-ЭТИНА и МАКСИМОВИЧА участниками антисоветской организации, судом был оправдан.

Что касается показаний ФИЛИМОНОВА о преступной деятельности МАКСИМОВИЧА, то он показал, что ему об этом известно только со слов ГОСКИНА. ГОСКИН, как уже указывалось, в суде от своих показаний отказался.

Далее в заключении указывается, что заключение экспертной комиссии о вредительстве со стороны осужденных составлено необъективно, неконкретно и без учета фактических обстоятельств дела. В процессе дополнительной проверки, проведенной в порядке ст.ст.373-377 УПК РСФСР, была назначена новая экспертиза, которая опровергла заключение прежней экспертизы, указав на несостоятельность его, как основанного на недостаточно проверенных материалах.

Новая экспертиза пришла к выводу о том, что у экспертизы, проведенной на предварительном следствии, не было достаточно материалов для дачи заключения по ряду эпизодов обвинения и то, что ею было расценено как вредительство, относится к производственных недочетам в работе.

Допрошенный в процессе проверки БОРИН заявил, что он не сведующее лицо в хозяйственных вопросах и отказывался от участия в экспертизе, но все же был привлечен для дачи заключения. При проведении экспертизы следователь ТОКМАКОВ дал направление экспертизе и в основном скорректировал ее заключение от 28 января 1938 года.

Проверкой установлено, что расследование дела производилось с грубым нарушением закона, и в частности ст.ст.111 и 112 УПК РСФСР.

После ареста ПОЛИСОНОВА, АБРАМСОНА и др. они продолжительное время не допрашивались и содержались в тюрьме без предъявления обвинения свыше 2-х месяцев.

После окончания следствия обвиняемые со всеми материалами дела не были ознакомлены.

СУЛИН-ЭТИНУ вовсе не предъявлялся материал для осмотра, и он не знал, какие имеются в деле доказательства его вины.

Несмотря на грубейшие нарушения законности, допущенные на предварительном следствии, суд неосновательно отклонил ходатайство ИЗРАИЛЕВА, ЕРМАКОВА, ПОЛИСОНОВА и других, просивших приобщить к делу ряд документов и вызвать новых свидетелей.

В марте и апреле 1938 года МАКСИМОВИЧ, ИЗРАИЛЕВ, ДИБОБАС, АБРАМСОН и другие подали жалобы, адресованные в военный трибунал войск НКВД, в которых указывали на незаконные методы ведения следствия и возбудили ряд ходатайств перед судом, но эти жалобы администрацией тюрьмы были представлены суду уже после рассмотрения их дела в суде.

ДИБОБАС при дополнительной проверке материалов дела показал, что со стороны следователя применялись запрещенные законом методы ведения следствия.

Установлено, что следователи, принимавшие участие в расследовании этого дела, осуждены за фальсификацию дел и нарушение советских законов.

В итоге в заключении указывается, что при дополнительной проверке установлены новые обстоятельства, которые не были известны суду при вынесении приговора, свидетельствующие о неосновательном осуждении ИЗРАИЛЕВА и других по данному делу, и ставится вопрос об отмене приговора и определения Военной Коллегии Верховного Суда СССР – и о прекращении дела за отсутствием в действиях осужденных состава преступления.

Проверив материалы дела и соглашаясь с заключением, Военная Коллегия Верховного Суда СССР, руководствуясь ст.378 УПК РСФСР,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор военного трибунала Московского округа внутренних войск НКВД от 7-9 апреля 1939 года и определение Военной Коллегии Верховного Суда СССР от 16 августа 1939 года по делу ИЗРАИЛЕВА Александра Николаевича, АСТРОВА-ШИРПАНОВА Георгия Васильевича, БРИЛЛЬ Юрия Павловича (он же Соломонович), МАТВЕЕВА Владимира Зосимовича, ГИНЗБУРГА Исаака Григорьевича, ЕРМАКОВА Андрея Петровича, СУЛИН-ЭТИНА Алексея Лазаревича, ПОЛИСОНОВА Александра Владимировича, АБРАМСОНА Льва Марковича, МАКСИМОВИЧА Юрия Константиновича, ГОСКИНА Михаила Федоровича отменить по вновь открывшимся обстоятельствам и дело на них прекратить за отсутствием в их действиях состава преступления.

МАВТВЕЕВА Владимира Зосимовича, ГИНЗБУРГА Исаака Григорьевича, ПОЛИСОНОВА Александра Владимировича, ИЗРАИЛЕВА Александра Николаевича, БРИЛЛЬ Юрия Павловича (он же Соломонович) из-под стражи немедленно освободить. АСТРОВА-ШИРПАНОВА Георгия Васильевича по данному делу освободить из ссылки.

Подлинное за надлежащими подписями.

С подлинным верно:
Ст. офицер Военной Коллегии
подполковник адмслужбы – ХОХЛОВ

Копия с копией верна:
Ст. офицер Военной Коллегии
майор адмслужбы (МАЗИН)

«Звенья». Исторический альманах.
Всесоюзное историко-просветительское общество «Мемориал»
Научно-исследовательский и просветительский центр «Мемориал».
Выпуск 1, Москва, 1991 г. 


На главную страницу