Сообщение Кирьяновой Пелагеи Федоровны


Кирьянова (Фарафонова) Пелагея Федоровна -1927 года рождения, родилась в Липецкой (тогда - Воронежской) области, в. Студеные выселки.  Проживает в г.Енисейске. Образование 4 класса, в другие учебные учреждения не принимали как дочь врага народа. Семья: отец - Фарафонов Федор Андреевич, мать - Титова Анна Дмитриевна, брат Михаил, сестры: Анастасия, Мария, Александра, Екатерина. Семья имела приусадебное хозяйство, держали овец, корову, лошадь.  В 1930 г. их раскулачили как не неплательщика земельного налога, дом и хозяйство отобрали, но семью не выслали.  Когда отбирали имущество, мать была беременной. Её вытаскивали из дома - она вцепилась в двери и стала кричать "что же вы делаете". Ребенок родился в каком-то сарае.

Перебивались у родственников и знакомых, в основном ночевали в ригах. Люди опасались их семьи. Потом перебрались в Липецк, жили в каких-то времянках. Отец любил историю, пел в церковном хоре и каждый день читал библию.

Отца арестовали в 1937 (май) году за то, что работал в местном церковном хоре. 07.08.1937 Тройка по Воронежской области приговорила его к расстрелу.  Его расстреляли 12.08.1937. Но это узнали гораздо позже, а тогда не знали ничего. Забрали отца - и как в воду канул. Ни писем, ни известий. Мать практически сошла с ума, много раз родственники хотели сдать её в психбольницу, но  в 1939 году её арестовали.  Мать Воронежский областной суд 24.07.39  приговорил к ИТЛ. Её отправили по этапу в Тайшет (позже в Комсомольск), она умерла в лагере (реабилитирована 18.01.1990 Верховным Судом РСФСР). Сделать запрос! Старший брат, которого арестовали вместе с матерью, отсидел на Чукотке 10 лет. Ещё две сестры (Анастасия и Мария) были арестованы и отбыли срок в Челябинской области.  Младших сестер отправили в детский дом.

Город Липецк немцы во время войны не бомбили, потому что там было много немцев (переселенцев с екатерининских времён). Сбрасывали листовки с надписью: «Липецк я не трону - мой дед тут шапку забыл!». Автовокзал разбомбили, в 7 километрах от города на узловой станции Грязи всё «расколотили». 

Девушки просились на фронт. Пелагея тоже просилась, но её не взяли как дочь врага народа.

Арестовали Пелагею Федоровну 8.12.1943 г. и 05.08.1944 осудили по статье 58-10,11  как дочь врага народа на 5 лет отправили на Колыму. Сначала в п. Спорный, где она работала в автосборочном цехе (ремонтировали "студебеккеры"), а потом в посёлок Сусуман. Там она работала в совхозе, в котором выращивали продукты для приисков и детского дома (для детей была небольшая молочная ферма). Были теплицы. В Сусумане был мужской и женский лагерь. В женской зоне было восемь бараков, КВЧ, контора, столовая. Один барак, седьмой, был примерно на 70 человек, остальные - примерно человек на двадцать-тридцать. Дежурный отводил звено на рабочее место и оставлял (это если внутри лагеря - а если на поле, конвой оставался).

В поселке Нексикан Нексиканского района был роддом - женщины умудрялись забеременеть, чтобы хоть на время уйти с общих работ. Мужчин в лагере было больше, возможности были. Детей отдавали в ясли, сад. Если у женщины срок был небольшой, она могла забрать ребёнка при освобождении. А если срок большой, ребёнка отдавали в детский дом.

Осенью теплицы консервировались, а женщин-заключённых отправляли на заготовку дров. Надо было вдень насобирать три кубометра валежника. Учитывая, что в районе Сусумана практически ничего кроме лиственницы и ольхи не растёт, это была непростая задача. Но зато там можно было вволю наесться брусники, прямо под снегом.

Указников освободили сразу после войны (проверить).

После освобождения (08.11.1948) была направлена в ссылку в той же Магаданской области, где пробыла до 18 мая 1954 г. Сначала работала в строительной организации, а после освобождения - в столовой. Юная Пелагея в ссылке боялась выходить на улицу, потому что вокруг были ссыльные мужчины и буквально набрасывались на женщин. «Одичали совсем, жили без женщин…» - говорит рассказчица.

В комендатуру ходили отмечаться 2 раза в месяц и так до 1954 года, пока не реабилитировали. До этого времени выезд куда-либо запрещали. После реабилитации сняли судимость, дали первый паспорт. К ней в Сусуман  после освобождения приехал  старший брат Михаил, и в Сусумане женился. В лагере он выжил только благодаря тому, что его в своё время дядя научил столярничать.  Начальник не поверил, сказал  свяжешь раму, поверю. Михаил связал, и весь срок отработал в столярке.

Муж Пелагеи Фёдоровны, Иван Антонович Кирьянов, который тоже отбывал срок на Колыме, рассказывал, что людей там  обливали холодной водой в 50 градусов мороза, люди умирали от переохлаждения, где их клали штабелями и хоронили в одной яме. Это было в самом начале, в конце тридцатых годов, а потом уже, когда понадобилась рабочая сила для приисков,  это прекратилось, и стали лучше кормить и одевать. А 37-39 года - это был на Колыме сплошной произвол. Потом начальника колымских лагерей объявили врагом и вредителем и расстреляли. Иван Антонович в лагере едва не "дошёл" - спас его врач-земляк, из Гомеля, откормил брусникой.

После смерти Сталина в КГБ в Липецке они пришли в КГБ, все шестеро детей, и потребовали сказать, что с их родителями. Об отце сказали только, что он расстрелян. И что тот, кто расстрелял отца, сам расстрелян. (А.Б. они явно нарушили инструкцию Серова о том, чтобы родственникам расстрелянных сообщать, что они умерли в лагере).

Младшую, Екатерину, отправили на поселение из детдома . Она рассказывает, что привезли их, высадили и - иди куда хочешь, сама ищи где жить и где работать. Екатерина какое-то время работала домработницей. Потом старшие сёстры забрали её и ещё одну сестру, но в Липецке жить не стали - там на них всё еще косились как на врагов народа, в том числе интересовались в КГБ. И не давали прописку - у них в паспорте был штамп, на который в отделах кадров смотрели очень подозрительно.  Поехали в Енисейск, где к этому времени собралась семья Титовых (родня матери). В Енисейск послелагерную ссылку попал дядя Иван, потом после ссылок и лагерей к ним "подтянулись" остатки семьи Титовых после спецпоселения: двоюродные браться и сёстры, дяди (3 погибли на фронте, 2 жили в Енисейске), а потом и остатки семьи Фарафоновых. Вся семья Титовых-Фарафоновых была репрессирована.

 В хрущёвские времена некоторые члены семьи уехали в Липецк, некоторые остались в Енисейске.

 В Енисейске к ним отнеслись хорошо, приняли на работу, разрешили прописаться.


Остатки семьи Фарафоновых. в Липецке.
Три сестры были в лагере, одна - в спецдетдоме.


Ссыльные семейства Титовых-Фарафоновых в Енисейске:
крайний справа  Василий Дмитриевич, сестра матери,
в середине вверху Иван Дмитриевич,
под ним - сестра матери, жена Ивана Дмитриевича,
брат Пелагеи Фёдоровны Михаил (крайний),
внизу сёстры и сама Пелагея Фёдоровна.

 

(АБ -примечания Алексея Бабия, Красноярское общество "Мемориал") Восьмая историко-правовая экспедиция, Енисейск, Подтёсово 2011 г.


На главную страницу