Депортация и реабилитация пензенских раскулаченных


XIV Ежегодный всероссийский конкурс
исторических исследовательских работ старшеклассников
«Человек в истории. Россия – ХХ век»

(фрагмент работы, имеющий отношение к Красноярскому краю)

Авторы:
Ирина Новикова,
Марина Новикова,
ученицы 9 класса
МБОУ СОШ № 30 г. Пензы

Руководитель:
Алфертьева Татьяна Яковлевна,
Председатель Правления
ПРО ООО «РИПБиПО «Мемориал»

2013

СОДЕРЖАНИЕ:

1. Вступление.
2. Отношение власти к крестьянству – причина депортации
3. Процесс депортации пошел
4. Жизнь на спецпоселках
4.1. Нижний Тагил
4.2. Поселок Полевой Бирилюсского района Красноярского края
4.2.1. Спецпоселенцы Зубановы
4.2.2. Спецпоселенцы Соустины
5. Реабилитация
5.1. Говорят документы и цифры.

«В начале всяческой философии лежит удивление,
ее развитием является исследование,
ее концом – незнание».
Мишель Монтень

<...>

4.2. Поселок Полевой Бирилюсского района Красноярского края.

С Красноярским краем связаны судьбы многих пензенских спецпереселенцев из пензенского края. На сайте Красноярского общества «Мемориал» в разделе «Ссылка» мы нашли следующую информацию: «Последний ссыльный поток пошёл весной 1933 года. В апреле из Пензы угнали ссыльный эшелон. Его выгрузили в Ачинске. Ссыльных повезли на баржах вниз по Чулыму и высадили на берег на севере Бирилюсского района, в пос. Сопка. Другой ссыльный эшелон был отправлен в мае 1933 года из восточных районов Мордовии. Этот состав выгрузили в Томске. Ссыльных повезли на баржах вниз по Оби и затем вверх по Чулыму. Их высадили на гарь у р. Чиндат, недалеко от Чулыма (в Бирилюсском, ныне Тюхтетском районе). Так на этой гари появился посёлок Пасечное (ниже Сопки)».

Смотрим на карте.

Спецпереселенцев из Пензы высадили из эшелона на станции Ачинск и по реке Чулым повезли на север.

Спецпереселенцев из Мордовии высадили из эшелона в Томске, повезли сначала вниз по Оби (на север от Томска), потом вверх по Чулыму (снова к югу, затем – к востоку до реки Чиндат).


На карте указатель показывает на местоположения поселка Полевого.

Все три названных поселка находятся к северу от Ачинска в Тюхтетском и Бирилюсском районах: Пасечное – к западу, чуть ниже реки Чулым на реке Чиндат, поселок Сопка – на реке Чулым немного восточнее центра карты, а поселок Полевой – к востоку от реки Чулым.

Глухие низинные места, тайга, болота, безлюдье и бездорожье. Удивительно, с каким упорством засылала власть крестьян в самые неудобные места и для жизни, и для крестьянского труда – туда, где, практически, не было людей, которые могли бы посочувствовать переселенцам и поддержать их, туда, где при всем желании спецпереселенцы не могли бы «материально обрастать».
О том, что испытали спецпереселенцы в тех местах нам рассказали дети, высланные в поселок Полевой и родившиеся там.

4.2.1. Спецпереселенцы Зубановы

Мария Федоровна Зубанова родилась в 1936 году в поселке Полевом Бирилюсского района Красноярского края. О том, как раскулачивали и высылали родителей, она знает по их рассказам. Когда начали создавать колхозы, ее отец, Зубанов Федор Миронович, отказался вступать в колхоз и сдавать имущество. Потом, подумав некоторое время, он решил отвести в колхоз лошадь, но лошадь в колхозе заболела и умерла. Отца обвинили в том, что он специально загубил здоровую лошадь.

За семьёй Зубановых пришли ночью, застав их врасплох. Даже не было возможности захватить необходимые пожитки – как были полуголые, так и поехали. Куда, зачем – им не говорили. Подъезжая к железнодорожной станции, они услышали стон и плач. Это были такие же, как и они, несчастные и перепуганные люди.

Семью Зубановых, в которой кроме отца, Зубанова Василия Федоровича, 1901 года рождения, и матери, Зубановой Анастасии Алексеевны, 1903 года рождения, было еще четверо детей, посадили в товарный вагон. В вагоне было человек сорок, теснота, духота, вонь! В дороге переселенцы голодали, потому что с собой еды никакой не было. Старшая дочка слабела на глазах. Младшая четырёхлетняя сестрёнка всё время гладила её по голове и приговаривала: «Мам, мы, наверное, сейчас все помрём». Убитая горем мать не знала, что ответить и послала маленькую девочку подальше от сестры – в другой угол вагона, велела лечь спать. Вскоре умерла старшая дочка. Анастасия, не скрывая горя, рыдала навзрыд, и, оплакивая старшую, не заметила, что её младшенькая любимая девочка лежит совсем окоченевшая и больше не задаёт вопросов.

Так в той дороге семья Зубановых потеряла двоих детей. Мать до последних своих дней не в силах была забыть и простить государству две эти смерти. Она никак не могла понять, что же такого страшного сделала её семья, раз испытала такие мучения и потери. Она до самой смерти осуждала политику советской власти.

Прибыла семья, как потом стало ясно, в Красноярский край в поселок Полевой. Родители рассказывали, что в первую очередь из вагонов выгружали трупы, а потом высаживали людей – в том виде, в каком они были взяты. Все были одеты не по сезону, в лёгкой одежде, многие босые, а май – время не жаркое.

Так голодные беспомощные люди очутились на далекой чужой станции без крова над головой, без утвари и инструментов для строительства жилья, в безвыходном положении.
Их временно разместили в больших бараках. Постельных принадлежностей не было. Давали баланду, которую невозможно было есть. Если кто-то болел, не мог встать или говорил, что еда плохая, на переселенцев наставляли ружьё и кричали, что они - кулаки, и жизнь их ничего не стоит. Даже сейчас Мария Федоровна помнит, какое отчаяние звучало в голосе ее матери, когда она рассказывала о первых месяцах жизни на поселении.

Федор Миронович, отец Марии Федоровны был совершенно неграмотным, но большим тружеником. Это ему позволило пережить непосильный труд на лесоповале: корчевал лес, пилил. Вместо денег получал кусок хлеба.

Со временем Федору Мироновичу Зубанову разрешили участвовать в строительных работах, и семью переселили в дом на несколько семей. Сами они не были хозяевами того дома. Там в 1936 году родилась Мария Федоровна Зубанова, оттуда в начале войны ее отца взяли на фронт. В 1941 году в битве под Москвой он погиб.

4.2.2. Спецпереселенцы Соустины

Валентина Михайловна Агеева (в девичестве Соустина) историю выселения своей семьи и о первых годах жизни в спецпоселке знает тоже по рассказам старших членов семьи. Она тоже родилась в поселке Полевой Красноярского края, но позже – в 1942 году.

Огромная семья Соустиных (это девичья фамилия Валентины Михайловны) выселялась два раза. Первый раз – из родного дома в поселке Мокшан Пензенского округа СВК. Тогда Соустины были выселены на Урал: дедушка Соустин Егор Иванович, бабушка Соустина Александра Николаевна, отец Михаил Егорович, мать Серафима Васильевна и годовалая дочь Михаила Валентина. Сохранился повагонный список, в который занесены члены семьи Соустиных.

ПОВАГОННЫЙ СПИСОК
кулаков, выселяемых по второй категории из районов Каменского, Мокшанского,
погруженных на ст. Белинская М.К. ж.д. 23/Ш-31 года.

№№ Фамилия, имя, отчество Возраст главы семьи Возраст членов семьи
      Мужчин Женщин
24 Соустин Егор Иванович 45  
25 Соустина Александра Николаевна     45
26 Соустин Михаил Егорович   24
27 Соустина Серафима     20
28 Соустина Валентина Михайловна     1

В первой ссылке – на Урале – Соустины пробыли 7 месяцев. Жили в бараках по 40 человек. Посредине комнаты стояла печь, на которой сушили одежду. Сушить было неудобно: у некоторых людей одежда подпаливалась и даже сгорала, у других оставалась сырая.

Спали на нарах, суточной нормой еды на человека было 200 грамм муки и вода, которые смешивали, и получалась баланда. Ей рассказывали, что, как бы ни хотелось есть, муку надо было обязательно размешать в воде – от сухой муки люди начинали задыхаться и даже погибали.

Кругом были лес и болота, топи, поэтому на работу ходили по двум связанным бревнам. Это было трудно, потому что все спецпоселенцы были очень ослабевшими. Очень много людей умирало – от голода, холода и сырости. Умиравших людей хоронили в ямах с водой – по 10-15 гробов в день.

После того, как умер грудной ребёнок – годовалая дочка и внучка Валечка – семья решила попытаться сбежать, а дед Егор Иванович остался на всякий случай караулить место в бараке.
Беглецов поймали. Когда их вернули в барак, они узнали, что дед Егор без них умер. Ему было 45 лет. Остался пиджак деда. Бабушка рассказывала Валентине Михайловне, как этот пиджак висел на стене и шевелился, словно живой, от огромного количества вшей.

После еще одной потери Александра Николаевна Соустина, ее сын Михаил и невестка Серафима поняли, что здесь их ждет только смерть, что жить так они не могут, и решили бежать еще раз.
На этот раз они шли по тайге вдоль железной дороги. Есть было нечего, питались травой, подаяниями и сухарями, которые им прислали родители Серафимы. Однажды в дороге они от бессилия заснули, а у них в это время украли все сухари. Оставалось питаться одной травой. И все-таки семья добралась до Пензы.

В Мокшан они не возвращались, ютились по квартирам, но кто-то знакомый их увидел и донес на них. Взяли их на квартире по улице Луначарского, дом № 75, где они снимали очередную квартиру. Теперь по решению тройки выселяли как главу семьи Соустина Михаила Егоровича. Выселяли отца – как сына кулака. Снова всю семью погрузили в эшелон и отправили 4 мая 1933 года – на этот раз их отправляли в трудпосёлок Полевой Подкаменского сельсовета Бирилюсского района Красноярского края.

И снова на месте, куда привезли высланных крестьян, не было жилья. Снова рыли землянки, устраивались. Первое время было очень тяжело, но позже организовали колхоз, стали выращивать домашний скот, ходить на охоту. В поселке открыли детский сад, там стала работать мама Серафима Васильевна Соустина. Здесь при ней были ее дети, которые родились на поселке Полевом: дочь Тамара (1934 г.р.), сын Виктор (1939 г.р.).

Жить стало лучше, но началась война. Отца как врага народа первый год воевать не брали. В 1942 году родилась Валентина Михайловна. Ее назвали так в память об умершей во время первой высылки дочери. А вскоре отца забрали на фронт, а мать осталась с тремя маленькими детьми, причем одна из них – новорожденная.

На фронте Михаил Егорович Соустин был ранен. Жена Серафима, как только узнала об этом, добилась разрешения и поехала за ним. Она рассказывала, Валентине Михайловне, как везла его по тайге на лошадях в перинах. Дома отец умер.

После возвращения со спецпоселения у Серафимы Васильевны Соустиной обнаружился порок сердца. Валентина Михайловна до сих пор удивляется, как ее мама сумела вынести все, что досталось на ее долю, и вырастить столько детей.

1. Реабилитация

Прошли десятилетия, Наступила перестройка. В 1991 году распался Советский Союз, образовалась новая страна - Российская Федерация, и ее власти приняли Закон о реабилитации жертв политических репрессий. С тех пор прошло 22 года, кажется, все невинные жертвы уже должны быть реабилитированы.

Перед нами список реабилитированных Пензенской области. Огромный список – в нем 10 759 имен. Хочется найти в нем своих знакомых, которые с таким страданием рассказывали о былой несправедливости и жестокости власти.

Ищем семью Булуховых – их нет: ни отца, ни матери, ни сестры Тамары, самой Софьи Федоровны Булуховой.

Ищем семью Зубановых. Есть.
Зубанов Василий Федорович, 1926 г.р., с. Н.Славкино Малосердобинского р-на,
Зубанов Федор Миронович, 1901 г.р., с.Н.Славкино Малосердобинского р-на,
Зубанова Анастасия Алексеевна, 1903 г.р., с.Н.Славкино Малосердобинского р-на,
Зубанова Мария Федоровна, 1936 г.р., Красноярский край.

У всех написан вид репрессии - по классовому признаку - высылка и раскулачивание. Здесь закралась ошибка, потому что Мария Федоровна не была выслана, а родилась на спецпоселении.
Но среди реабилитированных членов семьи нет тех двух девочек, которые умерли в вагоне в пути следования на спецпоселение. Мы спросили об этом Марию Федоровну, но она сказала, что она, подавая заявление на реабилитацию, вписала в него только живых членов семьи.

Когда мы позвонили в архив УВД, нам сказали, что реабилитация осуществляется по заявлению. Если нет заявления, то реабилитация не производится.

Нас такое положение удивило, ведь, если люди подвергались репрессии, которая признана незаконной, необоснованно, то их нужно реабилитировать и опубликовать списки этих незаслуженно опороченных и пострадавших людей. И тем более, если люди умерли в процессе применения к ним репрессии. Нужно и реабилитировать, и внести в списки жертв, и выплатить родственника компенсацию.

Смотрим в списке семью Соустиных.

В списке реабилитированных есть семья Соустиных, знакомая нам по повагонному списку и по рассказу Валентины Михайловны – те, которые остались живы в ходе первой репрессии и были репрессированы вторично:

отец - Соустин Михаил Георгиевич, с. Мокшан Пензенской области;
мать - Соустина Серафима Васильевна, 1911г.р., с. Мокшан Пензенской области;
и трое детей, рожденных на спецпоселении:
Соустина Тамара Михайловна, 1934 г.р., п. Полевой Красноярского края;
Соустин Виктор Михайлович, 1939 г.р., п. Полевой Красноярского края;
Соустина Валентина Михайловна, 1942 г.р., п. Полевой Красноярского края.

В этой семье не реабилитированы родители Михаила Соустины Егор Иванович и Александра Николаевна, выселенные в марте 1931 года на Урал, не реабилитирована крошечная годовалая девочка Валентина Михайловна Соустина.

Но Соустин Михаил Егорович/Георгиевич, переживший два выселения на спецпоселки, сумевший выжить и помочь выжить жене и матери, родивший трех детей в тяжелых условиях спецпоселка в Красноярских болотах, воевавший и отдавший жизнь за свою родину в Великой Отечественной войне, реабилитирован. Это произошло потому, что его имя было вписано в заявление на реабилитацию.

Есть еще трое Соустиных - с другим отчеством – имени Дмитрий в списке «наших» Соустиных нет. Это три совсем маленьких ребенка 1927, 1929 и 1930 годов рождения: Соустин Григорий Дмитриевич, Соустина Анастасия Дмитриевна и Соустин Владимир Дмитриевич из поселка Мокшан Пензенской области. Взрослых из этой семьи в списке нет – предполагаем, что не реабилитированы. В повагонных списках мы пока такой семьи не нашли.

Как получается, что реабилитируя тех, кто был репрессирован в совсем маленьком возрасте, не реабилитируют их родителей?


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»/Работы вне конкурса