…И следы куда-то в никуда…


Всероссийский конкурс исследовательских работ старшеклассников
«Человек в Истории. Россия. XX век»

Работу выполнила: Деева Валерия, ученица 10 «А» класса средней школы № 2

Руководитель: Деева Наталья Владимировна учитель  Вихоревской СОШ № 2

Вихоревка
2004

На этот раз отправлюсь я в Сибирь
По самой вольной, самой доброй воле.
…………………………………………
.………………………………………...
И промолчит бывалый сибиряк
О том, что было в пору здесь иную.
Шерешевский Л.В.

Предисловие.
«Хотелось бы всех поимённо назвать…»

Как часто мы, жители малых городов, забываем о том, что люди, достойные внимания, уважения, почитания живут не только в крупных центрах, но и среди нас. Сибирский городок Вихоревка – это то место на карте нашей Родины, которое первоначально появилось как часть Озерлага, где отбывали наказание или оказывались на поселении многие политические заключённые. Как много их погибло безымянных! Как много их не смогло дожить до получения постановления о реабилитации! Как много их, живущих ещё сегодня, с болью в сердце вспоминают те годы, когда жестокая машина тоталитарного государства и сталинского режима пыталась раздавить в них человеческое, лишить их достоинства, отобрать у них будущее…

В прошлом году я писала о человеке, бывшем харбинце, которых много среди вихоревчан, о Пасечникове Василии Сергеевиче. Окончив эту работу, я определила для себя новую цель: продолжить изучение истории родного края через судьбы тех, кто вопреки своей воле и своему желанию жить и работать в Вихоревке, оказался здесь и внёс вклад в строительство и развитие маленького сибирского городка.

В этом году я узнала ещё об одной такой семье. На первый взгляд, это совсем другая история. Но я смею утверждать, что между судьбами разных людей так много трагически горького и печального.

Мне захотелось увидеть судьбу нескольких поколений, живших для России и пострадавших от неё. Что это были за люди? Как они оказались в Сибири? Как сталинизм вторгся в жизнь трёх поколений этой семьи?

Помогла мне в работе Тиссен Людмила Викторовна, потомок тех, кто в XVIII веке ступил на русскую землю, потомок тех, кто был репрессирован. Без её помощи работа не состоялась бы, поэтому я выражаю ей искреннюю признательность и благодарность.

Глава 1.
«Поминальный приблизился час»

Людмила Викторовна Тиссен. Интереснейший человек, живущий в городе Братске Иркутской области. Это имя стало мне известно только осенью 2003 года. И первое личное знакомство с нею раскрыло передо мною великую душевность, благородство, доброту этой женщины. Те превратности судьбы, которые выпали на долю её родных и её самой, казалось бы, должны были родить озлобленность или обиду в её сердце на всё случившееся. Но Людмила Викторовна с удивительным пониманием и объяснением объективных причин рассказывает историю своего рода и своей семьи.

Её биография напрямую связана с одной из «великих» строек XX века – железной дорогой Салехард – Игарка. Знакомство с историей этой стройки снова поднимает вопрос о судьбе человека в тоталитарном государстве, о его бескорыстном труде на благо Родины и о том, как Родина «платит» своим труженикам за их беззаветную преданность.

В 2003 году Людмила Викторовна Тиссен решила совершить поездку на свою родину, в Игарку. Прошло 48 лет с тех пор, как её в возрасте 2-х лет увезли оттуда родители. Что ждало её там, в этом маленьком городке? Именно с таким вопросом ехала туда Людмила Викторовна. Рассматривая прекрасные живописные берега Енисея, она в своей памяти восстанавливала далёкие картины детства. Своего места рождения она абсолютно не помнила. Знала только, что родилась в посёлке Ермаково, где тогда «кипела стройка века».

Добравшись до Игарки, Людмила Викторовна остановилась там на квартире. В Ермаково она попасть не смогла, потому что туда можно было добраться только на вертолёте или катере. В Игарке же всё говорило о запущенности: лесопильный комбинат не работал, многие кирпичные дома трескались и рушились, а деревянные часто горели. В порт прибывали корабли, но очень мало. Однако жители Игарки даже в такие трудные годы сумели сохранить единственный в мире музей «Вечной мерзлоты» и музей «503 стройки».

Глава 2.
«Клубится Енисей. Звезда полярная сияет»

Что это - стройка №503? Чем она так «прославилась»?

Стройка №503, часть системы ГУЛАГа, прославилась тем же, чем и другие лагеря.

Параллельно Полярному кругу
Или, может быть, несколько вкось
Пролегла от Игарки дорога,
Что пробила мне сердце насквозь.
Ломинадзе С.В. Параллельно Полярному кругу… // Стройка № 503: Документы. Материалы. Исследования. – Красноярск, 2000. – Вып.1. – С.93.

29 января 1949 года было принято Постановление Совета Министров СССР, в котором говорилось о необходимости строительства железной дороги Салехард - Игарка протяжённостью в 1200 км. Идея трансконтинентальной железнодорожной магистрали, своего рода дублёра Северного морского пути сквозь всю Сибирь с паромной переправой через Берингов пролив, возникла ещё во времена Великой Отечественной войны. Потом планы поменялись. Дорога Салехард – Игарка должна была стать первым большим этапом из задуманного проекта. Ввод дороги обеспечил бы круглогодичный вывоз продукции промышленного Норильска. Затем дорога должна была пойти через Колыму и Чукотку, по долине рек Нижняя Тунгуска, Вилюй, Алдан, Индигирка. Решение о начале строительства принималось без участия специалистов. Сталин, заслушав на одном из совещаний точки зрения разных людей, сказал одно: «Будем строить дорогу». При этом расчёт был сделан только на то, что проблемы с рабочей силой не будет. Люд подневольный – политические, осуждённые 58-ой статье, и уголовники – все со сроком не менее 10-15 лет – поставлялись сюда в неограниченном количестве. В это время ГУЛАГовские лагеря располагались довольно широко по стране, имея большое число заключённых.

Строительные работы начались без проекта. На новой магистрали собирались построить 28 станций и 106 разъездов. К началу строительства на линии будущей магистрали было всего 5-6 маленьких населённых пунктов по несколько домов в каждом. Через короткое время их стало намного больше: это были лагпункты для заключённых, размещённые через каждые 5-10 км. Вместо названия лагерям присваивали номер того километра, на котором они находились.

В 1949 году в Игарку стали прибывать этапы заключённых, появились зоны с колючей проволокой и караульными вышками. Именно сюда и попал Виктор Давидович Тиссен (отец Людмилы Викторовны). Кроме заключённых, на стройке были и вольнонаёмные, но они имели отношение к гражданскому строительству, проектным работам. Заключённых в зоне они не видели, но общались с теми, кто имел небольшие сроки заключения. Виктор Давидович был среди тех, кто оказался за колючей проволокой.

Глава 3.
«Знал ли он, любимец двух столетий, как
грозно третьим будет принят он»

Род Тиссен впервые ступил на русскую землю в XVIII веке. Тогда по приглашению Екатерины Великой немецкие мастеровые начали осваивать русские земли. Одна часть многочисленного рода Тиссен осталась в Германии, другая приехала в Россию. Давид Давидович Тиссен (дед Виктора Давидовича) в 11 лет ушёл юнгой на корабль, дослужился до капитана дальнего плаванья, купил 400 гектаров земли под Харьковом; у него были пароход, лошади, сады, мельницы. Знания и опыт, полученные Давидом Давидовичем от старших и приобретённые самостоятельно, способствовали экономическому расцвету России и сближению двух великих держав. В тяжёлые военные времена обрусевшие немцы вставали на защиту российских границ. Давид Давидович (отец Виктора Давидовича) в первую мировую войну служил санитаром. Под Севастополем встретил свою будущую жену, фельдшера Евдокию Осиповну Павлову.

Когда настали 20-е годы, зажиточное семейство Тиссен раскулачили. Они за бесценок продали дом под школу и ушли жить в пристройку. Большинство родственников уехало в Канаду. Давид Давидович остался в России, которая стала родиной не только ему, но и его детям. Не изменилось его отношение к Стране Советов и во время репрессий. Он по-прежнему любил её, хотя и был несправедливо осуждён военным трибуналом Харьковского военного округа за попытку измены родине. Приговор в виде 10 лет лишения свободы отбывал в Республике Коми АССР. Лагерный режим и суровые климатические условия отразились на здоровье. Он умер в 1942 году и похоронен под Ухтой. Евдокии Осиповне пришлось одной поднимать четверых детей. Как жена репрессированного она тоже пострадала: два года провела в тюрьме.

Виктор Давыдович Тиссен родился в 1920 году в хуторе Клиновый Харьковской области и был вторым ребёнком в семье. До войны Виктор учился в педагогическом институте, но не успел его окончить. Преподавал в одной из украинских сельских школ сразу несколько предметов: историю, географию, рисование.

Когда началась Великая Отечественная Война, семья Тиссен вместе с другими беженцами оказалась на Алтае.

Глава 4.
«И упало каменное слово на мою ещё живую грудь»

В 1941 году Виктор Давидович был призван в трудармию в Коми АССР, а оттуда этапом отправлен в Ермаково, на строительство дороги Салехард – Игарка. За что был осуждён, Виктор Давидович не смог понять за всю свою жизнь. Он это мог объяснить одной из двух возможных причин: первое – немецкая фамилия, второе – одна неосторожная фраза, которую он однажды произнёс во время обеда: «Йося досыта не накормит и умереть не даст».

Приговором Военного трибунала войск НКВД СССР строительства Северо-Печорской железной дороги от 13 декабря 1943г. Тиссена Виктора Давидовича осудили по политической статье на 8 лет и отправили в Красноярский край. До конца своей жизни он был твёрдо уверен, что «осудили его беспричинно».

«Цивилизованному человеку трудно понять, что такое пересылка. Это огромный кипящий котел, где море людей движется из одного конца в другой. Люди торгуют, воруют, дерутся, пьют спиртное, играют в самодельные карты, за что попадают в карцер или БУР. Мы, политические, именовались здесь просто «фраерами», сидели на своих узелках с вещами, дрожали, боялись, озирались вокруг. У меня в течение первых трех часов свора уголовников украла буквально все: сменные ботинки, вещевой мешок с бельем, скромную медицинскую литературу «на курево», весь запас сухарей и небольшую подушку. Крупномасштабный грабеж одежды проводился в бане. Всю одежду надо было сдать «в прожарку», а когда ты выходил из парилки, то оказывалось, что твоя одежда пропала, ты оставался голым. Взамен давали какое-то тряпье (третьего срока), и ты отныне считался «промотчиком» госимущества. Я остался в какой-то фуфайке на голом теле, ватных брюках и каких-то ботинках, которые тебе подбросила шпана вместо твоих». (Руге В. Вниз по Енисею – на край света. // Стройка № 503: Документы. Материалы. Исследования. – Красноярск, 2000. – Вып.1. – С.96)

В лагерь их везли в печально знаменитых «столыпинских» вагонах по 23 человека в купе, не давали пить и есть. Место их «назначения» ещё нельзя было назвать даже лагерем: это был пустырь, на котором поставили несколько палаток.

На совершенно голом месте, не имевшем абсолютно никаких зданий и сухопутных проезжих дорог для доставки строительных материалов, было организовано во второй половине 1949 года большее количество лагерных строительных подразделений. Все они организовывались на базе летних палаток, а позднее производили строительство ВГС.

Наиболее трудная обстановка сложилась в Ермаково (там находился Виктор Давидович Тиссен), где лагерное строительство осложнялось большой скученностью контингента на узкой территории и отсутствием дорог от крутого, обрывистого берега, на котором находились все строительные материалы. Из-за большой скученности часть заключённых была размещена на сплошных нарах и не имела закреплённых спальных мест.

После прибытия в лагерь Виктор Давидович встретился с новыми трудностями: вновь прибывшим приходилось самим ставить палатки, каркас обтягивать брезентом, утеплять мхом. Но абсолютно ничего не помогало против жутких сибирских морозов: руки, ноги коченели, волосы примерзали к брезенту. Даже в октябре температура воздуха опускалась до -45-48 градусов. По концам палатки – печки, посередине – стол. Двести человек на нарах – с учётом строгой нормы: по 40 см2 (!) на одного человека.

Первую зиму все жили в палатках, но постепенно стали строить бараки. Условия для жизни становились лучше: у каждого был матрац, набитый соломой, одеяло суконное серого цвета, подушки ватные с наволочкой. Но в целом лагерная жизнь оставалась прежней. Первое время давали маленькими порциями кашу и больше ничего. Позже ситуация немного улучшилась. Пища раздавалась на кухне в термосах на каждую бригаду от 20 до 30 человек и из-за отсутствия столовых принималась заключёнными в помещениях, где они проживали. Питание готовилось по специальным меню-раскладкам три раза в сутки по установленным нормам довольствия. Ассортимент крупы был относительно разнообразен, мясо, в основном, солонина мокрого засола, чаще всего оказывалось некачественным.
Количество прибывавшей одежды (кроме валенок и рукавиц, что жизненно необходимо на Севере) было достаточным. Половина поступавших валенок была 24-27 размера, поэтому организовывали пункты по растяжке валенок до нужных размеров. Растянутая на два размера обувь теряла свою форму в носке и очень быстро протиралась. Ремонт валенок проводился преимущественно в колоннах, но совершенно недостаточным было количество суровых ниток и войлока для их подшива. Несмотря на всё это, людям приходилось целыми днями работать, прокладывать всё новые и новые пути.

Глава 5.
«Возносится строительное чудо
на поглощённых тундрою костях»

Северная железная дорога (стройка № 503) отличалась от многих комсомольских строек-гигантов тем, что на ней трудились в основном заключённые. Именно на их долю выпал самый тяжёлый труд: штурм тайги и вечной мерзлоты. Любая работа сопровождалась унижением всяческих человеческих достоинств. Среди этих людей было немало безвинно пострадавших: Тиссен Виктор Давидович, Кусмарцев Владимир Васильевич, Шерешевский Лазарь Вениаминович и многие, многие другие.

Нас как бы нет, - и всё же мы – повсюду:
И в насыпях, и в рельсах, и в мостах.
Возносится строительное чудо
На поглощённых тундрою костях.
Шерешевский Л.В. Застлало Заполярье снежной мутью…// Стройка № 503: Документы. Материалы. Исследования. – Красноярск, 2000. – Вып.1. – С.74.

Все основные трудности, связанные со строительством новой дороги, должны были лечь на плечи политических заключённых. Новую дорогу предполагалось строить одноколейной. Для переправы через Обь и Енисей за границей были заказаны два парома. Для начала работ было выбрано общее направление трассы. Технический проект представили на утверждение только в 1952 году, когда значительная часть дороги была уже проведена. Основные задачи, которые ставились перед строительством в 1949 году: отсыпать 79 тысяч кубометров земляного полотна и уложить первые 30 километров главного пути от ст. Ермаково в западном направлении; построить в зиму 1949-1950 годов автозимник для глубинного завода от ст. Ермаково до Янова Стана, а в дальнейшем до реки Таз. Построить 100 км магистральной линии связи в сторону Салехарда и обустроить радио и проволочной связью Управление с подразделениями, передислоцировать Управление строительства из посёлка Абезь в Игарку, организовать управление Енисейского ИТЛ в пос. Ермаково, обустроить подразделение строительного района в Игарке, организовать контору снабжения в г. Красноярске для получения, хранения и отправки на трассу грузов материально – технического и продовольственного снабжения (Мишечкина М. О чём поведали архивы // Стройка № 503: Документы. Материалы. Исследования. – Красноярск, 2000. – Вып.1. – С.23.). Сама же дорога возводилась быстрыми темпами. Людям было выгодно, чтобы их командующий сдал хороший отчёт, от этого зависела зарплата.

В августе 1952 года открылось рабочее движение от Салехарда до Надыма, к 1953 году – от Ермаково до Янова Стана, от Игарки до Ермаково (65 км). И всё это построили люди, большинством заключённые, за 4 года. По плану требовалось на работу 36235 человек, из которых на конец 1949 было 33493. Среди них 29234 были заключёнными, 2487 – вольнонаёмные и 1772 – вооружённая охрана.

Геологические условия трассы характеризовались как весьма неблагоприятные. Трасса проходила по пылеватым суглинкам и супесям или торфам, сильно переувлажненным или мерзлым и льдонасыщенным. Наличие бугров пучения, термокарстовых провалов, болотистых мест, на которых торфяные болота не замерзают даже после месяца устойчивых сорокаградусных морозов, - главные признаки местности. Отмечалось также отсутствие местных строительных материалов. Ведение строительства осложняло и состояние транспортных связей. В эту местность было очень сложно доставить какие–либо грузы. Проблема продвижения стройматериалов была названа одной из трудных задач строителей железной дороги, так как для постройки каждого её километра необходимо было завести от трёх до четырёх тысяч тонн различного рода грузов, не считая внутренних перевозок от базисных складов. Тяжело было и с рабочей силой.

Глава 6.
«А сколько там неповинных жизней кончается…»

Как вспоминал отец Людмилы Викторовны Виктор Давидович Тиссен, политическим заключённым было особенно тяжело. Большинство из них гибло в первые морозы: недостаток пищи, отсутствие хороших валенок и рукавиц, непосильная физическая нагрузка, невозможность хотя бы немного отдохнуть и восстановить свои силы… И отношение к политическим было бесчеловечное. Это люди без фамилий. Начальство обращалось к ним либо по кличкам, либо по номерам. Каждый лагерь для политических начинался со строительства зоны: вышек, колючей проволоки и так далее. Потом уже они строили для себя жильё. А как в морозы спали? Около костра. Кто дотянул до утренней переклички, значит, живой.

Смертность была большая. В январе при списочном составе заключённых 28395 человек трудопотери составляли 9,02%, смертность – 0,08%; в феврале 27817 заключённых – трудопотери 20,12%, смертность – 0,03%. Резкое уменьшение численности заключённых произошло в августе – 18346 человек, причём, смертность – 0,06%; в декабре численность стала и того меньше – 14136, смертность составила 0,02%. (Там же. С.30)

Заключенные гибли каждый день. Из-за вечной мерзлоты и холода могилы не долбили, а мертвых сбрасывали в озеро, находившееся неподалеку. Весной, когда лед сходил, трупы всплывали на поверхность. Из этого же озера заключенные брали воду для питья.

Жуткие законы царили в тех лагерях. Почти в каждом политическом лагере был свой «честный вор». Он не работал, а с ведома лагерного начальства творил судилище над «провинившимися» и «недовольными». В состоянии лагерного режима и охраны заключённых отмечались многие нарушения. Наблюдалось 8 случаев лагерного бандитизма, 563 отказа от работ, 156 хулиганских действий, 503 случая промотов вещдовольствия, 329 краж, 477 случаев картёжной игры, факты пьянства, сожительства и т.д. Личный состав охраны часто допускал аморальные поступки.

Избиением заключённых занимались не только рядовые надзиратели, но и начальники военизированной охраны. Вообще, наказаниям были подвергнуты 2238 человек, в том числе отдано под суд – 99 человек. В 1949 году бежало 60 заключённых, из них ликвидированы или возвращены 54 (Там же. С.25). Наказания же были жуткими: в одном политическом лагере провинившегося ставили летом под вышку. Кровососный гнус раздирал лицо, а пошевелиться было нельзя, потому что охранник с вышки стрелял без предупреждения.

Глава 7.
«Надо снова научиться жить»

Тяжелые годы заключения для Виктора Давидовича оказались озарёнными встречей с его будущей женой Плотниковой Агнией Титовной. Агния Титовна не была жертвой политических репрессий, она работала санитаркой в больнице.
Вокруг лагерей заключенных были селения, где жили вольнонаемные рабочие и заключенные, у которых были короткие сроки. Там же находился ЦПП – сангород, где было несколько корпусов для больных, лечили здесь как заключенных, так и вольнонаемных. Туда приехала на работу Агния Плотникова.

Что же поведала о себе Агния Титовна? Родилась она в Красноярском крае, в селе Верхнеибатск. О своей семье Агния Титовна почти ничего не знает. Слышала только о трёхкратном раскулачивании, репрессиях, высылке на север как староверов. Сначала работала домработницей, а позже, вместе со своей подругой отправилась на стройку подзаработать. Отправляясь в поездку, Агния Титовна думала о том, что ей придётся работать на настоящей ударной стройке, которых было так много в Советском Союзе. Но она и предположить не могла, кто же является основной рабочей силой на них.

Приехав в Ермаково, Агния устроилась работать в больницу санитаркой. В это же время в больнице на лечении находился Виктор Давидович. У него был повреждён копчик, он лежал после операции. Именно здесь и познакомились Агния Титовна и Виктор Давидович. Не сразу смогли они жить вместе, ещё шла стройка. Когда у Виктора Давидовича кончился срок заключения, он не стал свободным, его оставили там же на стройке, на спецпоселении, только в это время он был уже бесконвойным. В это время он знакомится с Кусмарцевым Владимиром Васильевичем, осужденным уже второй раз на основании первой судимости: подозрение в антисоветской агитации. (Позже Виктор Давидович и Владимир Васильевич вместе едут в Заярск.) Тиссен В.Д. вместе с Агнией Титовной жили в маленьком, очень холодном вагончике. Позже они перебрались в маленький недостроенный домик, в котором не было даже печки, а потом в барак, он был очень тесный, но зато тёплый. Виктор Давидович работал заведующим баней. Его зарплата была до того скудная, что ему приходилось на праздники рисовать плакаты, оформлять стенды. За это ему давали или денег, или что-нибудь съестное, чаще всего кашу. Через год родилась дочь Людмила. (Неопубликованные воспоминания Плотниковой Агнии Титовны, жены Тиссена В.Д., записанные автором исследования во время интервью.)

Глава 8.
«А надежда всё… вдали»

После 5 марта 1953 г., когда умер И.В. Сталин, судьба стройки резко изменилась. Воцарилось молчание, поначалу были надежды на то, что строительство дороги продолжится. В конце марта 1953г. последовало телеграфное указание ГУЛЖДС о консервации строительства железно-дорожной линии на участке Салехард – Игарка. Были немедленно прекращены работы на всех участках, кроме тех, на которых был высокий процент готовности. 26 мая 1953г. последовало решение правительства о ликвидации строительства на всей дороге Салехард – Игарка. К октябрю поступила директива о передаче предприятиям оборудования, которое завезли на строительство. В целом на строительство железной дороги, содержание лагерей и инфраструктуры ушло свыше 42 миллиардов рублей. На завершение строительства необходимо было, по подсчётам специалистов, 700-800 миллионов рублей, на ликвидацию и консервацию – 600-700 миллионов.

Судьба людей после консервации стройки изменилась. Они уже не были заключёнными, но и не были свободными людьми. У них не было никаких гражданских прав, они не могли никуда выехать, каждый месяц должны были ходить отмечаться в комендатуре.

Из Ермаково семья Тиссен уехала почти самой последней. Виктору Давидовичу было запрещено выезжать в центральную Россию, поэтому он, а вместе с ним жена и дочь, были этапированы в Заярск на строительство Братской ГЭС. Виктор Давидович не имел возможности почувствовать себя свободным человеком: он обязан был ходить отмечаться в органы правопорядка.

Приехали Тиссен в Заярск на голое место. Сначала приходилось спать на соломе. Потом помогли люди: сделали каркас для дома. Тиссен засыпали его опилками, получился маленький домик. Так как не было материалов, чтобы хорошо утеплить дом, он получился очень холодным: температура к утру доходила до 0 градусов. Домик был очень маленьким, всего 6 на 3 метра. Хотя Виктора Давидовича отправили на строительство Братской ГЭС, на работу его не брали по политическим мотивам. Кроме того, он долгое время жил без паспорта, был лишён гражданского права голосовать, ему не платили северной надбавки. Жить было очень трудно. Прокуратурой Иркутской области от 3 октября 1955 г. по ходатайству Виктора Давидовича была выдана справка о снятии «жалобщика» со спецпоселения. Но, несмотря на это решение, постоянно приходилось ощущать, насколько неравны права у разных категорий населения, потому что надзор остался прежним, который был полностью снят с главы семейства только в 1961году. А семья росла: здесь же, в Заярске, у Тиссен родилось ещё двое детей: в 1955 г. - дочь Лилия, в 1961г. – сын Вячеслав.

Глава 9.
«Слова последних утешений»

Заярск оказывается в зоне затопления. Перед затоплением Виктор Давидович перевёз семью в Вихоревку. Почему? Ведь в это время он был уже свободным? Но уехать, куда хотел, Тиссен В.Д. всё же не мог. Прошлое оставило на нём клеймо политического заключённого и «врага народа».

Ему предложили всего несколько вариантов, исключающих возможность ехать в центр России, из которых он выбрал Вихоревку. В Вихоревке Виктор Давидович построил большой, тёплый дом, семья завела хозяйство. Здесь у Агнии Титовны и Виктора Давидовича родился сын Вадим, четвёртый ребёнок в семье. Чтобы прокормить жену и детей, отец и муж брался за любое дело: работал кочегаром, маляром, грузчиком. Потом начал работать на железной дороге рабочим.

На первый взгляд кажется, что это – обычная судьба обычного человека, чья жизнь проходит тихо и незаметно. Но сегодня мы можем с полной уверенностью утверждать, что Тиссен Виктор Давидович оставил свой заметный след в истории небольшого сибирского городка Вихоревки Братского района Иркутской области. В начале работы упоминалось о том, что Виктор Давидович преподавал в школе рисование, но он не просто умел красиво рисовать, он обладал ещё и даром художника, художника-оформителя: рисовал абсолютно ко всем праздникам плакаты для украшения города, в том числе и политические, прославляющие Родину социализма и коммунистическую партию. Руководители предприятий города обращались к нему с заказами по наглядной агитации. До сих пор на некоторых магазинах висят старые вывески, нарисованные рукой Виктора Давидовича.

Много различных бумаг, документов сохранила Агния Титовна и Людмила Викторовна Тиссен. Но самым важным, наверное, для их семьи стала справка Верховного Суда РСФСР от 22 ноября 1973г. № ВТ73-29. «Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР от 25 октября 1973г. приговор Военного трибунала войск НКВД СССР от 13 декабря 1943г. в отношении Тиссена Виктора Давидовича, 1920 года рождения, отменён, и делопроизводство прекращено за отсутствием состава преступления. Гражданин Тиссен В.Д. по настоящему делу реабилитирован» (Справка Верховного Суда РСФСР от 22 ноября 1973г.). Кроме этого документа, Виктор Давидович очень хотел ознакомиться с материалами своего дела, но все его попытки оказались безуспешными. Он так и ушёл из жизни в 1987 г., не узнав, какое именно обвинение было вынесено ему судом.

Глава 10.
«У меня сегодня много дела…»

Восстановить доброе имя своего отца решила Тиссен Людмила Викторовна, которой самой пришлось узнать, что значит быть дочерью «врага народа».

В Заярске, куда после стройки № 503 Людмила Викторовна приехала в возрасте трёх лет со своими родителями, она не ощущала себя изгоем, потому что там все были дети «врагов народа». Они играли между собой и не думали о том, что их родители – враги. В школе Людмила Викторовна носила фамилию матери – Плотникова и, только в восьмом классе она поменяла фамилию, потому что её хотелось, чтобы у неё была фамилия отца, как и у всех детей. С тех пор она стала Тиссен. Сначала Людмила Викторовна не ощущала на себе прошлое своего отца. Сказалось это позже, когда она начала учиться в педучилище в городе Братске. Учителя спрашивали, как правильно произносится фамилия, подруги – кто она по национальности. А однажды на уроке, когда зашла речь об известном магнате Тиссен в период правления Гитлера, то все обернулись на неё с любопытством. Спрашивали: «Родственник?» На что Людмила могла только ответить: «Не знаю».

Немало воспоминаний хранит память Людмилы Викторовны. Некоторые из них очень печальные и свидетельствующие об обывательском мышлении многих, живущих рядом с нами.

«Я снимала квартиру у одной женщины. И однажды к ней приехала подруга из Вихоревки. Увидев меня, она сказала: «Как же ты могла впустить в свой дом дочь «врага народа?» Мне было трудно оттого, что меня постоянно спрашивали друзья, учителя, просто знакомые люди, правда ли, что мой отец «враг народа»? На что я всегда отвечала лишь одно: «Не знаю».

Когда я в первый раз услышала, как свободно отец говорит на немецком языке с туристами из Германии, я была очень удивлена. В то время мне уже было 20 лет. На вопрос: «Почему ты не научил нас», отец ответил: «Нельзя было, да и не надо вам его знать: немецкий язык, как и образование, мог обернуться против вас». Больше мы к этому вопросу не возвращались».

Людмила Викторовна поставила перед собой благородную цель: узнать историю своего рода, историю своей семьи, своей фамилии. И всё это очень закономерно: ведь в переводе с немецкого слово «фамилия» означает «семья». Она считала, что всё в жизни её предков покрылось тайной. Однако ей удалось многое узнать о прошлом своего рода. Сегодня о своей семье Тиссен Л.В. пишет в своих воспоминаниях, которые надеется опубликовать, говорит в беседах с теми, кому небезразлично прошлое нашей страны, судьба её народа.

Если подвести резюме мыслям Людмилы Викторовны, то они, думается, сводятся к следующему: «Мой прадед по матери имел 18 детей и большой надел земли, был раскулачен 3 раза и сослан со всей многочисленной семьёй за Полярный круг, многие умерли, так и не дождавшись освобождения. Мой дед Тиссен Давид Давидович также подвёргся репрессиям, ему вменили организованную деятельность против советской России и дали 10 лет лишения свободы. Он умер под Ухтой в 1942 году, тогда же, недалеко от Ухты, мой отец служил в трудармии, но друг друга они так и не увидели. Моя русская бабушка Павлова Евдокия Осиповна также была осуждена как жена «врага народа» и пробыла в тюрьме 2 года. По закону, дети «врагов народа», родившиеся в местах лишения свободы, именно к таким детям относилась я, автоматически подвергались репрессиям. От этого «звания» мне удалось освободиться только в 1998 году через суд, который признал мою невиновность и дал мне реабилитацию.

Я посетила единственный в мире музей «Вечной мерзлоты» и музей «503стройки». Опускалась под землю на глубину 4,5 м., где мне открылась удивительная картина: пласты вечного льда перемежевались с почвой. Это был июль, но там везде сверкал иней и стоял мороз –11 градусов.

Но поверхности был музей «503 стройки». Небольшой дом, в котором находились нары, сколоченные из досок, на них когда-то спали зеки; тумбочки, в которых, видимо, хранился их небольшой гардероб; старые бахилы, алюминиевые ложки, миски, кружки, старые, изъеденные молью полушубки, телогрейки, оконные решётки, кирки, лопаты, рельсы, лом и многое другое, что было найдено на стройке.

Узнала я, как опадают лица,
Как из-под век выглядывает страх,
Как клинописи жёсткие страницы
Страдание выводит на щеках,
Как локоны из пепельных и чёрных
Серебряными делаются вдруг,
Улыбка вянет на губах покорных
И в сухоньком смешке дрожит испуг…
Ахматова А.А .Реквием: Поэма//Сочинения в 2-х т., т.1.- М,1990.- С.202.

Я представила себе, что долгое время мой отец вынужден был спать на этих голых досках, мёрзнуть, а морозы здесь ниже –50градусов. Он должен был каждое утро, взяв в руки кирку, идти на строительство железной дороги Салехард – Игарка, которая так и не была построена. Летом страшный гнус, так как кругом болота, а зимой сильный мороз и обжигающий ветер – и это каждый день...

Прадед… Дед... Отец... Колесо истории и страшная рука тирана пытались раздавить моих родственников, уничтожить наш род, но мы выстояли, выжили и продолжаем жить». (Использованы неопубликованные воспоминания Тиссен Людмилы Викторовны, дочери Тиссена В.Д., записанные автором исследования во время интервью.)

Послесловие.
«Перед этим горем гнутся горы»

Все члены семьи Тиссен реабилитированы, но радости нет. Почему? Наверное, потому, что трагические страницы истории нашей Родины на многие годы лишили достойного человеческого существования, счастья семейной жизни, интересной и желаемой работы тех, кто хотел и мог бы быть настоящим творцом будущего своей страны. И всё же, есть осознание того, что для любого человека жизненно необходимо признание его гражданского и политического права, которого он был долгие годы лишён.

Тоталитарного режима больше нет, но есть те, кто своей жизнью напоминает нам о печальной истории ГУЛАГа. Мы не вправе забыть прошлое, пусть даже страшное. Мы обязаны помнить о том, что было. Мы обязаны вспоминать то людское горе, перед которым «гнутся горы».

Рассказав об истории семьи Тиссен, я, думается, выполнила поставленную перед собой цель в работе, потому что поведала о судьбе человека в тоталитарном государстве. Давно известна истина: семья – ячейка общества. Когда каждая семья будет жить достойно и счастливо, тогда общество в целом будет достойным и счастливым.

Список источников и литературы:

1. Стройка № 503: документы. Материалы. Исследования / Игарский краеведческий комплекс «Музей вечной мерзлоты». – Красноярск: Гротеск, 2000. –Вып. 1.- 208с.

2. Неопубликованные воспоминания Тиссен Людмилы Викторовны, дочери Тиссена В.Д., записанные автором в процессе работы над исследованием в октябре - ноябре 2003г. Хранятся в семейном архиве Тиссен.

3. Неопубликованные воспоминания Плотниковой Агнии Титовны, жены Тиссена В.Д., записанные автором в процессе работы над исследованием в ноябре 2003г. Хранятся в семейном архиве Тиссен.

4. Неопубликованные воспоминания Кусмарцева Владимира Васиьевича, друга Тиссена В.Д., записанные Тиссен Л.В. в ноябре 2003. Хранятся в семейном архиве Тиссен.

5. Ахматова А.А. Сочинения в 2-х т. Т.1.- М., « Правда» 1990г.


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»/Работы вне конкурса