Путейцы на Турухане


В связи с началом строительства железной дороги Салехард-Игарка возникла необходимость доставки на этот объект строительных материалов по речке Старый Турухан — левому притоку Енисея ниже с. Туруханск. К этому времени на фактории Янов стан было основано лаготделение, число заключенных никому из гражданских лиц известно не было

В 1949 году пароход «Красноярец» с брандвахтой «Вахта» и изыскательской партией Енисейского техучастка были направлены для выполнения промерных работ и составления карты Старого Турухана. Сложность выполнения этого задания заключалась в том, что на этой реке не было дровяной пристани, а пароход «Красноярец» работал на дровах. Ближайший пункт заготовки дров находился примерно 20 км выше Туруханска — в Мироедихе.

Первый заход на Старый Турухан был как бы разведочный. Пароход с брандвахтой поднялся на 40-45 км от устья. Изыскательская группа начала свою работу, а пароход пошел на погрузку дров до Мироедихи. Через полтора суток он вернулся и стал поднимать брандвахту вверх по Старому Турухану. К этому времени по реке была организована заготовка дров силами лаготделения.

Условия съемки карты были ужасны. Стояла летняя жара, кругом были болота и озера. Берега густо заросли тальником. А таких больших комаров и их обилия мне больше нигде не приходилось видеть. Полосатые комары, получившие прозвище «моряки», были длиной не менее 1 см. Спасения от них не было никакого, т.к. мы не были обеспечены ни накомарниками, ни пологами, а противокомарных жидкостей тогда вообще не было.

Но самыми беззащитными жертвами комариного зверства были дикие животные. Как-то раз ниже по течению в метрах 100-150 от места, где пароход грузился свежезаготовленными дровами, на берег вышел сохатый и влез в речку. Из воды торчали только часть его головы с глазами и ноздри. Его ничуть не пугало присутствие парохода и людей, грузивших дрова. Просидел сохатый в воде долго, примерно 2 часа, — мы за ним пристально наблюдали, — потом вышел на песчаный берег и долго стоял неподвижно. Это нас особенно заинтересовало, и мы решили подойти к нему ближе. Когда расстояние сократилось до 20-30 метров, он резко и сильно отряхнулся и побежал вдоль берега. Мы подошли к тому месту, где он стоял, и увидели на песке большое черное ожерелье из комаров. Видимо, сохатый таким вот образом — отряхиваясь быстро и изо всей силы — избавлялся от своих мучителей.

Проработали мы на Старом Турухане более месяца — пока не были завершены промеры и съемки. После промеров были поставлены временные береговые, перевальные и ходовые знаки, разбросаны вехи, т.е. выставлена обстановка до Янова стана, и суда с баржами и грузом пошли по реке. Они тогда были небольшие — теплоходы проекта Хренникова. Эти водометные суда и паузки (грузоподъемностью до 200 тонн) строили на Красноярской судоверфи. Грузов в ту первую навигацию по Старому Турухану было доставлено очень много.

Однако через несколько лет вся эта 503-я стройка была заброшена, и неимоверные человеческие трудности, потраченные жизни и время — все оказалось напрасным. Конечно, это печально, и со временем эта стройка исчезнет из памяти людей, не оставив и следа. Останутся только просека дороги да отдельные останки от огромных дощатых бараков, местами сохранившаяся насыпь под железнодорожные рельсы, а кресты, что поставлены на могилах вдоль дороги и за бараками, наверняка уже исчезли. Еще останутся фактория Янов стан, депо и ржавеющие останки паровозов на станции Ермаково. Пусть хоть в этом сохранится память о них — безымянных строителях этой дороги.

Тауфек Султанбеков,
ветеран «Енисейречтранса»

«Речник Енисея», 05-11.02.1999 г.


На главную страницу/Документы/Публикации 1990-е