Хочу вернуться домой


Письмо вершителям судеб

Председателю Президиума Верховного
Совета СССР т.Ворошилову К.Е.
от Чудогашева Степана Макаровича,
проживающего в с.Б.Улуй
Красноярского края,

заявление

В августе м-це 1937 г. я был взят органами МВД Красноярского края. После проведенного следствия, о котором укажу ниже, «тройкой» МВД по Красноярскому краю я был осужден к 10 годам исправ. труд. лагерей. Срок отбывал в Севураллаге, в г.Тавде.

За добросовестную работу был награжден почетной грамотой и снижением срока на 6 месяцев. По окончании срока в мае м-це 1947 г. приехал к семье в с.Таштып и поступил на работу в Таштыпскую артель, где проработал до июня 1949 г. и вновь был взят органами и после шестимесячного нахождения в тюрьме был направлен в ссылку в с.Б.Улуй... Из ссылки был освобожден. Вкратце изложу (автобиографию):

«Родился я в 1905 г. в с.Усть-Есь Аскизского района Хакасской автономной области в семье крестьянина, хакаса-середняка. До 1920 г. учился и работал в хозяйстве отца. С приходом Советской власти в нашу местность я поступил на работу в ревком первоначально переписчиком, позже делопроизводителем. После был направлен на учительские курсы, по их окончании работал год учителем. После этой работы был избран членом правления сельпо и был переведен работать в кооперацию, где проработал до 1928 года.

В 1929 году работал кольцевиком Аскизской конторы связи. В 1930 г. в момент головокружения от успехов был раскулачен и лишен избирательных прав и осужден к 1 году 6 м-цам заключения.

По данной мною жалобе Новосибирская краевая избирательная комиссия меня в правах восстановила, освободили из заключения в 1931 г., в том же году поступил на работу в лесную промышленность. Работал в Таштыпском леспромхозе и Сонском лесокомбинате до августа 1937 г. (Тогда же) был взят с Уйбатского леспромхоза...»

Следствие, если это... таковым можно назвать, вел при Хакасском областном управлении следователь Потапов, который не был заинтересован в уточнении предъявленного мне обвинения. А именно при входе к нему в кабинет он сразу же не спрашивал меня ни о чем, предложил мне подписать заранее подготовленный протокол, устно заявив мне, что будто бы я, мой брат Алексей и Иван и ряд других неизвестных мне лиц состоят членами контрреволюционной организации и были на собрании.

(В ответ) на мой вопрос: «Где, когда?» (до 1935 г. я не был в родном селе) Потапов меня всячески стал оскорблять и угрожать мне и одно настаивал: «Подпиши и все». И когда я в категорической форме отказался подписать, он поставил меня к горячей печи и держал меня на ногах по команде «смирно» с 5 часов вечера до 6 часов утра. А если я переступал с ноги на ногу, он выскакивал из-за стола с наганом, подносил (его) под нос и говорил: сделаю грязь. В 6 часов утра, видя, что мое состояние почти бессознательное, он предложил подписать мне автобиографию, и я подписал. А что подписал, будучи в таком состоянии, я до сих пор не знаю. И более я на следствии никогда не был. Про окончание следствия или вообще о деле и что там написано мне никто не говорил, и я до сих пор не знаю. 1 марта 1938. г. мне объявили, что дали 10 лет ИТЛ. На мой вопрос: «За что?» ответили: «Сам знаешь». На мои неоднократные жалобы из лагеря я никакого результата не получил.

Направляя данное заявление, я убедительно прошу Вас дать распоряжение соответствующим органам о пересмотре моего дела и я Вас уверяю: детальная проверка плюс живые люди полностью подтвердят мою непричастность к какой бы то ни было организации, ибо я с детства ушел на советскую и хозяйственную работу и в предъявленном мне обвинении я невинен, я был оклеветан, а кем, мне до сих пор не известно.

Мне наступил 51 год, я хочу вернуться в родную Хакасию честным и полноправным гражданином...

К сему ЧУДОГАШЕВ.

9 августа 1956 г.

Постановлением Президиума Хакасского областного суда от 16 апреля 1957 г. С.М.Чудогашев реабилитирован.

Из архива Верховного Суда РХ.

__________

1 - вместо «МВД» следует читать «УНКВД»

На сегодняшний день Хакасская республиканская ассоциация жертв политических репрессий располагает документальными сведениями о 3051 человеке, подвергшемся репрессиям и впоследствии реабилитированным. 1635 человек были расстреляны, 1300 – заключены в исправительно-трудовые и концентрационные лагеря, 116 – отправлены в ссылку. Материалы более чем на 1000 наших земляков, хранящиеся в архиве прокуратуры Красноярского края, ждут исследования. Поиск по восстановлению честных имен без вины пострадавших людей продолжается.

«Абакан», № 161-163 (392-394), 28.10.94


На главную страницу/Документы/Публикации 1990-е