“Звезда пленительного счастья”


Marchenko_ZD.jpg (15779 bytes)У нее - рядовая женская биография тех лет. Она родилась в семье украинского провинциального педагога. С 18 лет работала в Москве в Наркомате путей сообщения. Арестована в 1931 году за хранение записи разговора с братом на прощальном расставании перед его отправкой на 10 лет на Соловки (Марченко Георгий Дмитриевич погиб в 1937 году). Отбывала первый срок - 3 года - в Люберцах, работая в воспитательной части трудкоммуны N 2 НКВД в должности стенографистки.

В 1937 году арестована за отказ подписать ложные показания против мужа - немецкого коммуниста Германа Таубенбергера. Второй срок отбывала на Колыме, г.Магадан.

Арестована в третий раз в 1949 году и с решением Тройки о бессрочной ссылке в Красноярский край отправлена в поселок Ермаково на строительство железной дороги. После смерти Сталина стройка была прекращена, но ссылка не снята. Работала в Красноярске и Кемерове. В 1956 году получила реабилитацию по всем судимостям. Сейчас Зоя Дмитриевна живет в Москве.

Мы все скоро уйдем - это закон жизни. Как вам сделаться такими гражданами своей страны, чтобы хватало мужества, силы, совести, не проходить мимо зла? Зло может быть очень маленьким, начаться с пустяка - например, с предательства товарища из-за какой-нибудь мелочи школьной, - а может быть очень большим. Вот мы, уходящие, большей частью страдали из-за того, что честно говорили, что думали, или во всяком случае не позволяли себе совершить зло оговором другого. Это очень страшная вещь, потом человек может всю жизнь болеть совестью.

Среди писателей, о которых сейчас много говорят и пишут, - Юрий Домбровский. Я виделась с ним буквально за два дня до его смерти: он знал, что обречен, но продолжал дружески общаться с людьми. Его жена наполовину казашка - он ведь там был в ссылке. Это человек, который предан памяти мужа беспредельно. Когда мы сейчас собираемся, она читает его стихи, она живет этой памятью. Любовь, которая их соединила, которую они не очень-то сильно показывалли, эта огромная внутренняя связь - она у нее осталась. Она всю жизнь пыталась напечатать его главный роман “Факультет ненужных вещей”. То, что он сейчас опубликован, - и ее заслуга. Он ушел, она осталась - с памятью о любимом человеке. И я хотела бы, чтобы каждый из вас - мальчик или девочка - узнал бы, что такое настоящее, глубокое чувство любви.

Marchenko_ZD_1.jpg (9739 bytes)В нас, женщинах того поколения, беспощадно топтали это чувство. На Колыму мы почти все приехали тридцатилетними - туда ведь подбирали рабочую силу. Нас арестовывали, допрашивали, нас оторвали от семьи, от папы с мамой, от детей. Но ведь мы были любящие и любимые молодые женщины. А от нас требовали любимого человека оговорить, сказать о нем самые отвратительные и унизительные вещи. Я отказалась “подписать” на мужа. Мне сказал следователь: пойдете в лагерь. Я сказала: пойду. Я не хочу хвалиться, что я была какая-то особенная. Нас много было - любящих по-настоящему женщин, которые, несмотря на все уговоры и нажимы знали, что любимый человек - настоящий, честный коммунист, настоящий честный человек. И мы знали, что перед нами выбор: или я подпишу на него неправд,. или расплачусь за отказ. Ну что ж... выбор был таков.

Потом, уже на пересылке во Владивостоке, со мной рядом оказалась одна женщина... Она не выдержала допроса и подписала на своего мужа лживые показания. Знаете, она сгорала рядом со мной. И сгорела. У нее была очень интересная жизнь: из богатой семьи, а муж матрос, революционер, пришедший к ним с обыском, у них возникла любовь... Та женщина дни и ночи не спала, она мне говорила: я жить не могу, я не имею права жить. Тогда была на Черной речке во Владивостоке эпидемия тифа, она нарочно напилась сырой воды, я знала об этом, и ее унесли...

Чувство совести, чувство долга перед своим собственным голосом - это очень большая вещь. Старайтесь его в себе сохранить. Это трудно, но вы знаете, как это важно.

Записала Е.ЯКОВИЧ
Комсомольская правда 12.04.89


На главную страницу/Документы/Публикации 1980-е