На воде и без воды


Итак, участники экспедиции распрощались с "республикой Янов Стан" и отправились дальше, вниз по Турухану. Ненадолго остановились на левом его берегу, чтобы сфотографировать ещё одно заросшее бурьяном техническое сооружение Cталинской дороги - то ли мост, то ли водосток, точнее - то, что от них осталось. А осталось, надо сказать, совсем немного.

В очередной раз не верилось, что когда-то здесь, в диких и безлюдных местах, громыхали по стыкам рельсов паровозы и вагоны. И уж совсем не верилось, что в этих местах в будущем вновь затеплится жизнь.

Мы, казалось бы, всё дальше удалялись от "мёртвой дороги", а она нас никак не отпускала. Даже в старинном селе Фарково, куда учёные и журналисты прибыли ранним утром, слышно было её зловещее дыхание. Впрочем, об этом чуть позже.

Стоящее на взгорье село сразу поразило нас отсутствием мошки, мокреца и невероятным количеством дров. Они, эти дрова - в виде брёвен, чурок, поленьев - разбросаны по всему берегу. Казалось, хватит не на одну зиму и не только на этот населённый пункт, а их всё готовят и готовят.

Владимир Роман (ударение на первом слоге) - один из тех, кто обеспечивает сельчан этим богатством. У него здесь свой участок для колки дров - недалеко от родничка. Поработает - попьёт студёной водицы, которую считает лучше минеральной. И нам посоветовал набрать, чем мы непременно воспользовались, заполнив всю пустую тару из-под "Хан-Куля".

За кубометр дров Владимиру платят 300 рублей. Если б только за распиловку да колку, был бы он невероятно - по здешним понятиям - богат и имел ещё к тому же избыток свободного времени! Но нет, дрова достаются гораздо тяжелей. Сначала следует повалить лес, потом перевезти брёвна в Фарково, вытащить на крутой берег и лишь затем пилить да колоть. А ещё нужно иметь в виду, что рука у Володи одна. Как инвалид управляется с тяжелейшей работой, знает только он сам. Да ещё мать Тамара Даниловна, с которой они живут много лет в маленькой обветшалой избушке.

Избушку эту, ничем с виду неприметную, тем не менее, приметишь сразу. Водослив из разноцветных полиэтиленовых бутылок, на изгороди - куклы. Это всё чудачества Тамары Даниловны Роман, бывшей работницы клуба. Её муж заведовал очагом культуры, жена ему во всём помогала. Супруга давно уж нет, а клуб, пришедший едва ли не в полную негодность, она всё равно стережёт, благо стоит он всего в сотне метров от дома. Богатства там никакого, лишь старенький, никому не нужный кинопроектор, но стеречь всё равно надо. Главное, чтобы не вспыхнуло здание от злой шалости, чтобы не перекинулся огонь на всё село.

Именно Тамара Даниловна и поведала нам, что вскоре после войны за фарковской околицей разбили временный лагерь, куда на лето привозили женщин-заключённых. Всё было как положено - вооружённая охрана, собаки. Женщины заготавливали сено для хозяйств, располагавшихся в то время недалеко от строящейся дороги.

И ещё рассказала Тамара Даниловна, что узники сталинских лагерей постоянно стремились к побегам, уж слишком тяжёлой была их доля. А куда бежать? Кругом тайга да болота. Река была совсем не помощницей, поскольку на водной глади видно беглеца гораздо лучше. Устраивались засады, и тем, кого возвращали в лагеря, жизнь казалась совсем уж не сладкой. Но самое ужасное было в другом. Власть объявляла: местный житель, поймавший беглеца, награждается мешком муки. Впрочем, можно было и не ловить - просто пристрелить, а в доказательство отрезать ухо и сдать его куда следует. Были и среди фарковцев, и среди жителей других окрестных деревень люди, а может - нелюди, менявшие жизнь заключённых на хлебные караваи. Но кто сейчас сознается в этом?

Сейчас времена хоть и бедные, но всё же иные - без особого страха, без принуждения к доносительству. Взрослые, если надо обменяться мнениями, собираются на высоком, продуваемом ветерком берегу. А молодёжь толчётся по вечерам в здании сельской администрации -там им выделили специальную комнатку для танцев, дискотек. Фарково - село молодёжное. Хотя бы потому, что расположен здесь интернат, куда свозят ребятню из близлежащих факторий. Вот и дети с Янова Стана, с которыми мы накануне распрощались, приедут по осени именно сюда. Кроме глухонемой Полинки, которая пока никуда не определена. Правда, слово "близлежащий" тут вряд ли уместно - до Советской Речки, например, много и много часов нужно плыть по Турухану. Иной дороги, кроме водной, в здешних местах нет. Разве что воздушная, но уж больно она нынче дорогая.

В фарковской школе-интернате живут и обучаются 115 детей. В том числе 89 местных, и этот факт свидетельствует о том, что село имеет будущее. А коль есть будущее, власть должна его поддерживать. Увы, удаётся это далеко не в том объёме, что требуется. Даже у такой пробивной руководительницы Туруханского района, как Симона Юрченко, это получается не всегда, хотя вряд ли есть такой кабинет в крае, куда она не вхожа. Северным поселениям, увы, внимания по-прежнему уделяют очень мало.

- Реформа местного самоуправления - дело, наверное, нужное, только вот реформируют всё у нас как-то странно, - даже не жалуется, а горестно констатирует председатель сельсовета Виктор Бихерт. - Все функции разбросали по различным ведомствам, финансирование при этом урезали. Вот я вроде бы за всё в Фарково несу ответственность, и в то же время не всё мне здесь подвластно. Фельдшерско-акушерский пункт имеет своё подчинение, библиотека - своё, интернат - опять же своё. Каждое ведомство что-то планирует, хотя не грех бы и с нами согласовать эти планы, поскольку мы лучше знаем потребность и в деньгах, и в материалах. Могли бы даже сэкономить на той же краске для ремонта, если б закупали её сразу на все местные учреждения. Да где там! Не всегда и слушают. Спрашивают, например, зачем платить истопнику в сельсовете за субботу и воскресенье - в эти дни, мол, положено отдыхать. А о том, что у мороза-батюшки, особенно на Севере, зимой выходных не бывает, даже не задумываются.

Виктор Кондратьевич, повторяю, на жизнь не жалуется, даже улыбается постоянно, но о чём ни станет рассказывать - всюду вырисовываются безрадостные проблемы. Они, проблемы эти, на первый взгляд, может быть, и мелкие, но это только для тех, кто живёт в рай- и в крайцентрах. Взять, например, общение с внешним миром. Фарковский парадокс: в школе есть компьютерный класс и даже выход в Интернет, а телефонной связи нет. Аппарат, который стоит в сельсовете, - это так, для солидности. С него пыль смахивают, любуются. Есть у него существенный недостаток - звонить нельзя, поскольку сгорела аппаратура АТС приблизительно тридцатых годов выпуска. Примерно в таком же состоянии и рация - нельзя связаться даже с ГО и ЧС.

А эта служба может пригодиться в самый неподходящий момент. Дело в том, что фарковская школа находится в аварийном состоянии. Стены её для прочности стянули болтами, но ведь это всё скорей для замазки глаз. Рухнет школа - большая беда будет. Писали письмо Шойгу, но пока решение проблемы ни на шаг не сдвинулось. Надежда только на главу района да на губернские власти - чтобы включили важнейший объект в краевой бюджет следующего года. Надо бы успеть по весне завезти стройматериалы. Если сразу после ледохода этого не сделать, баржа по Турухану уже не поднимется. Придётся рисковать жизнью детей по крайней мере ещё год.

Запоздалые решения очень расстраивают фарковцев. Однажды им пообещали пилораму, да только отгрузили её не весной, а осенью. В результате баржа не дошла до места назначения, пилорама досталась другому селу. Рады, конечно, за соседей, но что самим-то делать без бруса и досок?

Ещё одна горячая проблема, не решаемая годами, - водоснабжение. Как-то начали бурить скважину, да прошли всего 130 метров вместо 180. На том и завершили работу. Здание водокачки есть - воды нет.

Живут жители Фаркова в основном за счёт бюджетных организаций. Другая работа, считай, отсутствует. Раньше ловили и сдавали рыбу - теперь она государству не нужна. Остаётся охота, благо предприниматель Виктор Новгородов снабжает охотников всем необходимым и даже отпускает товар в долг - под будущую пушнину. Иначе бы мужикам совсем заняться нечем было.

В день нашего приезда мужская половина села, правда, была частично занята работой - загружала на берегу углём тележку, которая потом следовала за трактором к школьной котельной. Раньше для этого использовался погрузчик, да кому-то из руководства ЖКХ пришла в голову идея забрать его. И забрали. Теперь мужики с раннего утра до вечера орудуют лопатами. Тяжело, пыльно, зато денежно. Спасибо, как говорится, жилкомхозовским чиновникам, давненько, судя по всему, физическим трудом не занимающимся.

Так вот и живут жители Фаркова - очень симпатичного села, расположенного в живописных северных местах. Работают в меру сил и возможностей, учатся, читают газеты и книги, изредка поступающие в местную библиотеку, смотрят единственную телепрограмму... О строительстве железной дороги здесь не мечтают, хотя, возможно, только она и сможет оживить местную жизнь.

(Продолжение следует.)
Владимир ПАВЛОВСКИЙ.

НА СНИМКАХ: Виктор Бихерт здесь царь и бог, только не похож он ни на того, ни на другого, поскольку обязанностей у главы много, а возможностей - кот наплакал. Фарково - село маленькое, но забот у работников сельсовета всегда хватает, как и проблем у жителей. У Владимира Романа рабочий день никем не нормирован, он сам устанавливает, когда начинать и когда заканчивать колку дров. Тамара Даниловна украшает изгородь куклами для того, чтобы будни не казались серыми. Да и односельчане, проходя мимо, непременно улыбаются. Мужикам не впервой заменять автопогрузчик, с утра до вечера кидая уголь в тракторную тележку. Занятие, конечно, не из лёгких, но другого в летнюю пору найти трудно. Перед работой перво-наперво следует намазаться дёгтем, чтобы мошка не так одолевала. На хороший улов не всегда приходится рассчитывать - порой рыбы лишь собакам и хватает.

Фото Александра КУЗНЕЦОВА.
Красноярский рабочий 20.08.2005


На главную страницу/Документы/Публикации/2000-е