Независимая республика Янов стан


Эту точку ты, читатель, найдёшь не на всякой географической карте. Янов Стан - не город, не деревня, не село. Так называется маленький станок на реке Турухан, на высоте 42 метров над уровнем моря, в 70 километрах от Полярного круга. Здесь даже в июле чувствуется дыхание Арктики.

Наша экспедиция сошла с катера на берег всего на пару часов, но почему-то одна короткая встреча с местными жителями особенно врезалась в память.

Глухонемая девочка-подросток по имени Полина, зная, что в их тайгу приехали люди, забралась на самый высокий горный выступ и терпеливо ждала гостей. В свои 12 лет она не учится в школе и больше общается с дикой природой. Собаки, птицы, деревья легко "понимают" её по глазам, по изгибу рта, по жестам, по отрывистым звукам. Сюда из маленькой избушки на озере её этой зимой привезла мама.

Молодая селькупка Галина (фамилию она называть не стала) - мать шестерых детей. Самые младшие - шестилетние двойняшки Игорь и Иван, а также Полинка с ней на "хозяйстве", остальные учатся в фарковском интернате. Хотя какое хозяйство у аборигенов? Лодка, сети, буран, ружьё, и то лишь у самых зажиточных. Не любят малые коренные народы сажать огород и прочно обрастать бытом, стремясь к какой-то мифической свободе, гармонии с небом, водой, землёй. Природные стихии дают эвенкам, селькупам, кетам небывалые силы. На Янов Стан же Галя приехала не столько потому, что "совсем трудно в лесу жить", а потому, что шибко полюбила мужчину приятной наружности и единственного холостяка в радиусе сотни километров - местного начальника метеостанции Юрия Корчагина.

Юрий Борисович, недолго думая, ответил ей взаимностью. Свою семью он по молодости растерял, хоть и поддерживает с детьми отношения, а других невест в этом околотке и нету.

Юрий - парень флотский. Родился в Тайшете Иркутской области, в краевом центре окончил речное училище. Мотался на судах по маршрутам Красноярск-Дудинка, Дудинка-Красноярск, но, по его словам, не имел возможности походить по траве, по снегу, припасть к вековым деревьям, умыться из родника... Хотя по своему душевному устройству Юрий не просто созерцатель, он какой-то "реликтовый" романтик. Даже поступив во втуз и проучившись три года, он всё бросил и сбежал в глухомань.

Прошло девять лет, как он возглавил метеостанцию, и неожиданно Юрий засобирался в Тюменскую область. Злые языки болтают, что за начальником станции значился какой-то должок, и просто подошло время его списать. Истёк срок давности.

Галя не знает о предстоящей для себя потере, представляю, как станет страдать. Ревность к любимому мужчине даже не позволила ей соблюсти святые для этих таёжных мест каноны гостеприимства. И ступая на их крыльцо по приглашению Юрия, мы, как вскоре выяснилось, сильно рисковали быть облитыми кипятком. От Гали досталось не только мне, но даже безобидно стоящему в уголке Владимиру Павловскому. Зачем улыбался?

Судя по всему, суровые местные нравы суровы только для приезжих. В своём кругу жители Янова Стана дружны и сплочённы. Знают, что в одиночку им не выжить.

Один большой дом разделён на служебные и жилые помещения. Красивую вывеску о том, что здесь находится метеостанция, Юрий Корчагин раскопал в своих тайниках, протёр и повесил исключительно по нашей просьбе, под предлогом фотографии на память.

В штате Корчагина пять человек (хотя проживают двадцать). Старший техник Татьяна Александровна Кондратьева - опытнейший специалист, в задачи которого входит два раза в сутки - в 0 часов и 8 утра - передавать информацию об осадках, а также облачности, давлении, ветре.

Татьяна переехала в Янов Стан из Хакасии, но прежде трудилась на метеостанции в Советской Речке. Три сына селькупов остались жить в посёлке эвенков. Иван по стопам родителей работает на метеостанции, Костя - дизелист, Михаил - гидролог. Женя, известный нам и тебе, читатель, как "экскурсовод" по Сталинской железной дороге, учится и живёт в Фарково, малыши Саша и Вова (от другого брака) - коренные жители Янова Стана.

Вячеслав Литвинов, нынешний муж Татьяны, в Яновом Стане старожил. Он "стоял на посту" в многолетний период консервации станции, когда не было денег у края на содержание погодной службы, хотя вся история этой метеостанции насчитывает более полувека. Возможность проанализировать атмосферные колебания в этих местах высоко оценили наши московские учёные, изучающие состояние великой Северной магистрали. Пару "секретных" страничек, отснятых с метеосводок, они увезли как "драгоценность" в Москву.

Семья Аркадьевых-Петрученя из Горошихи - родственники Кондратьевых-Литвиновых. Но даже если бы не были таковыми, то всё равно стали бы близки тем, с кем живут рядом. Чтобы понять смысл этих слов, достаточно здесь остаться на одну зимовку, когда месяцами за окном стоит зловещий мороз, завывает ветер и бродят вокруг голодные волки.

На долгую-долгую тёмную зиму жители Янова Стана запасаются соленьями и... видеокассетами. Женщины садятся за шитьё. Мужики уходят на охоту.

А летом и вовсе скучать некогда. В лесу появляются ягоды, грибы. Начинается основная рыбалка. К берегу причаливают катера, привозят продукты, почту. Можно съездить в Туруханск, Красноярск, но даже Юрий Борисович, у которого в краевом центре остался сын, не часто покидает станцию.

Большой посёлок, большой город давят на лесного человека гораздо сильнее, чем тысячи километров тайги, тишина и страх перед неизвестностью.

Ни один из жителей этой "независимой республики Янов Стан" (кроме начальника) не хочет отсюда уезжать. Они ждут к себе гостей. Этой весной ждали губернатора. Не доехал. Но ничего, люди здесь терпеливые, погодят. Только бы, говорят, погода не портилась. В том числе и политическая.

(Продолжение следует.)

Татьяна МАКОГОНОВА.
Фото Александра КУЗНЕЦОВА.

Красноярский рабочий 13.08.2005


На главную страницу/Документы/Публикации/2000-е