Японский дядя отыскал русскую племянницу!


Уникальный случай произошел с жительницей Красноярска Верой Тобари. Ее спустя 60 лет нашел родной дядя из Японии!

Нашлись!

В красноярское общество "Мемориал" ("Мемориал" помогает и отслеживает судьбы репрессированных, проживающих в Красноярском крае) по электронной почте пришел запрос из университета в Токио: "Не живут ли в вашем городе переселенцы из Манчжурии по фамилии Шавкуновы

- Запрос отправил японец по имени Масами Тобари , - рассказывает председатель "Мемориала" Алексей Бабий. - Масами - профессор археологии, работает в университете в Токио. Его родной брат Кацуми женился на русской женщине Валентине Шавкуновой , у них были дети, но после военных действий в Манчжурии 1945 года Кацуми погиб, о судьбе его жены и детей ничего не было известно. Их спустя 60 лет с помощью русских коллег по университету попытался найти Масами, едва ли надеясь на успех. 

Фото, на котором запечатлены папа, тетя, дедушка и бабушка, Вера Викторовна недавно получила из Японии.

Они просто сделали поиск в интернете по слову "Шавкунов" - и попали на сайт красноярского общества "Мемориал" (www.memorial.krsk.ru). На нашем сайте были опубликованы воспоминания Владимира Шавкунова, переводчика с японского, репрессированного. Он скончался несколько лет назад, но цепочка привела нас к его племяннице, Вере Тобари , она - дочь того самого японца Кацуми Тобари и до сих пор живет в Красноярске!

Алексей Бабий (слева) помог Вере Викторовне отыскать роднюВера Викторовна носит фамилию отца, Вера Викторовна Тобари . Получается, что она - родная племянница того японца, который объявил розыск...

Невероятно, но факт: спустя 60 лет совершенно наугад японцы нашли своих родственников в Красноярске. Благодаря новейшим информационным технологиям это заняло считанные часы: буквально в тот же день, когда пришло письмо из Токио, "Мемориал" отыскал Веру Викторовну и сумел организовать бесперебойную связь между Красноярском и Японией. 

Из Японии Масами прислал свои семейные фотографии, на которых Вера Тобари узнала своих отца и мать. Такие же фотографии есть и в ее старинном альбоме!

Вновь найденные японские родственники Веры Тобари

Портрет Веры Викторовны через "Мемориал" отправили в Токио. Оттуда пришел ответ:

"Огромое спасибо вам за вашу любезность передать фотографии Тобари Кунико-сан. Все ее родственники очень обрадованы тем, что Кунико-сан живет и здравствует..."

Вера Тобари

Вера Викторовна - верующая женщина, в этом вся ее жизнь. Есть в ней что-то, что отличает от других - особая скромность, строгость, сдержанность и характерная внешность: Вера Тобари - наполовину японка (по отцу), наполовину русская.

Приехав к Вере Тобари домой, мы застали ее за ремонтом: через месяц в Красноярск должна приехать ее родня из Японии, надо встретить, как полагается.

Вера Тобари в молодостиС большим трудом мы уговорили Веру Викторовну рассказать свою историю. Глубоко верующая и очень скромная женщина не считает свою судьбу чем-то особенным...

- Моя мама Валентина - дочь русских эмигрантов, которые участвовали в строительстве Китайской Восточной железной дороги и остались в Манчжурии.

Мама родилась в 1900 году в Харбине, в Манчжурии, где жило очень много русских. В девять лет она уже пошла в няньки, потом работала в полицейском участке (разносила чай), затем - в поезде на маршруте Европа-Азия официанткой.

Кацуми и Валентина ТобариВ 16 лет мама устроилась работать в магазин, где и познакомилась с папой, японцем по имени Кацуми Тобари . Он был старше ее в два раза, ему было 32 года. Папа был служащим в администрации Манчжурии, очень образованным человеком. Он с первого взгляда влюбился в мою маму. Они почти сразу решили пожениться. Папа даже принял христианство, чтобы венчаться с ней. Венчание проходило в церкви при закрытых дверях - многие родственики были против такого брака и могли помешать. Я родилась в 1935 году, там же, в Харбине.

У меня была сестра, но она умерла в возрасте трех лет...

Семья Тобари жила небедно. У Веры даже была няня, чего не многие семьи могли себе позволить. В доме обстановка была наполовину японской, наполовину русской. В одних комнатах стелили циновки, в других - ковры. Готовили больше японские блюда. На завтрак, обед и ужин, вспоминает Вера Тобари, почти всегда был рис; ели много рыбы, креветок, омлеты, варили японский суп мисо. В доме всегда стоял большой разнос со сладостями - так полагалось в японских семьях.

Вера свободно говорила на двух языках - японском и русском. Сейчас, правда, не помнит почти ни слова по-японски - много лет не было практики...

Родственники Шавкуновых и Тобари быстро примирились с союзом Валентины и Кацуми.

- Папа был очень добрый и в конце концов нашел общий язык со всей маминой родней, - рассказывает Вера Викторовна. - Например, моей бабушке, когда та приходила к нам в гости, он всегда подкладывал в кошелек какую-нибудь денежку, которую она потом находила. Я помню его удивительно добрым, умным, заботливым...

Вера (в центре) родилась и 10 лет прожила в ХарбинеВ 1945 году, когда заканчивалсь вторая мировая война и японцев вытеснили из Манчжурии, жизнь семьи кардинально изменилась. Тобари погиб. Как это произошло, Вера Викторовна предпочитает не рассказывать. 10-летняя Вера с мамой и бабушкой переехали жить на Сахалин, а в 1956 году перебрались в Красноярск.

Родственники Кацуми Тобари успели уехать из Харбина в Токио, где обосновались на все последующие годы. Связаться с ними в послевоенные годы не было возможности. После атомной бомбардировки Хиросимы связь с ними полностью прервалась...

Весточка

- Мама всегда говорила мне: "Вера, никогда не забывай своего отца", - вспоминает Вера Тобари . - У меня осталось много его фотографий, мне кажется, я очень на него похожа. Мама умерла в 1990 году, так и не узнав ничего о судьбе родственников отца. Писать было некуда, все следы затерялись.

И вдруг брат отца, Масами, сам нашел нас. Я не знаю, как ему это удалось, спасибо нашему обществу "Мемориал" - по сути, это они все сделали. Я не сразу поверила в такое чудо. Я пока мало что знаю об их жизни, мы очень коротко списались, обменялись фотографиями...

- Вам удастся встретиться?

- Масами, мой дядя, хотел сразу приехать в Красноярск, как узнал про нас. Но я попросила подождать до конца июня. Сделаю ремонт, приберусь в квартире, надо же встретить по-человечески. А потом, возможно, и сама поеду в Токио.

Мария Мишкина

Комсомольская правда-Красноярск 18.06.2003


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е