Люди Норильлага


В марте 2000 года исполнилось 65 лет со дня принятия решения ЦК ВКП(б) и СНК СССР о передаче строительства Норильского комбината в ведение НКВД.

Во вновь созданный Норильлаг в навигацию 1935 года было этапировано водным путем по Енисею 1250 заключенных, по примерным поздним оценкам 96% из них были годны к тяжелому физическому труду. Через год прибыла новая партия заключенных - 8260 человек.

В экстремальных условиях Заполярья они строили лагерь, узкоколейные железные дороги: Дудинка-Норильск, Норильск-Валек и другие объекты.

Задачи, поставленные перед администрацией лагеря партией и правительством, были выполнены: за год построена дорога Норильск-Валек, за два -Дудинка-Норильск.

В то время около 36% списочного состава заключенных содержалось, в Дудинском лагпункте.

Содержались заключенные в темных и тесных палатках и бараках, холодных летом и зимой. Топлива не хватало, отапливались чахлым тундровым кустарником, почти повсеместно отсутствовали сушилки. Нехватка ощущалась во всем: в продуктах питания, одежде, постельных принадлежностях, в материалах для набивки матрацев, и подушек.

Не выдерживали срока носки варежки и ватные шаровары, отсутствовали шарфы, не отвечала условиям носки обувь, разваливались суррогатные ботинки, насквозь промокала самодельная обувь.

Отсутствовали овощи, пища готовилась неумело и небрежно, была невкусной.

Все сказанное плюс резкие скачки атмосферного давления, огромной скорости ветра, высокая влажность воздуха летней тундры, вечная мерзлота, полярная ночь приводили к истощению нервной системы, подавлению психики, сердечным заболеваниям, инфекциям.

Сплошные нары в бараках заключенных были отменены еще в 1919 году, но в Норильлаге строились почти повсеместно, поэтому зеки были вшивыми, заражались туберкулезом и другими опасными болезнями.

«Все - для производства и лишь самый минимум - для - людей». Так справедливо отмечал в своем докладе в 1938 году начальник санитарно-лечебного отдела Тафиловский. Он, кстати, не сидел, сложа руки, а своевременно и грамотно писал докладные всевозможным начальникам, но сдвигов было мало, поэтому из-за различных заболеваний в 1935 году потеряно 1968 человеко-дней, в 36 - 17221, в 1937 году - 10133, в связи с заболеванием сифилисом в 1935 году - 205 человеко-дней, в 1936 году - 1513, в 1937 году - 904.

В 1938 году санитарная служба состояла из 4 врачей (из них 3 -заключенные) и трех фельдшеров (заключенные). Лазарет в Вальке обслуживался фельдшером с «лагерным образованием», 14 амбулаторий Норильлага обслуживались медбратьями с «лагерной медпрактикой» продолжительностью, в среднем, не выше 1 года.

Несколько строк об одном враче. Ефимова Татьяна Алексеевна, 1904 года рождения, родилась в Казани, образование высшее, врач. По убеждению анархистка. Участвовала в выпуске контрреволюционных листовок. Принимала участие в подготовке побега из политизолятора своего мужа Куприанова, которого потом задержали и отправили на Соловки. 25 мая 1936 года ОСО при НКВД СССР за контрреволюционную деятельность осудило ее на 3 года лишения свободы. Летом 1936 года она в числе первых заключенных была уже в Дудинке. Охотно лечила больных, особенно женщин, была строга и требовательна с младшим медперсоналом.

В условиях лагерного быта настигла ее «стрела Амура». Полюбила она бухгалтера лагпункта, тоже из заключенных. Стал он ей «лагмужем» (термин из ее личного дела). Любила она его сильно, но возник «любовный треугольник», и 2 октября 1936 года санитарка, заключенная Ярославцева, из ревности нанесла ей легкое ножевое ранение. На теле рана заросла быстро, а на сердце нет. Летом 37-го она слегла в больницу. Только после редких встреч с «лагмужем» врачи отмечали некоторое улучшение ее состояния здоровья. В июне отказалась от пищи и 9 июля 1937 года тихо умерла от паралича сердца на почве истощения как результата голодовки.

Такая же участь постигла и двадцатидвухлетнего заключенного Маркова В.В., земляка знаменитого К.Э.Циолковского. Примерно в это же время, 4 июля 1937 года, он повесился «на почве неудачного романа с лагерницей». Сидеть ему следовало 5 лет за «политическое хулиганство». Что это такое, из-за отсутствия сведений объяснить не берусь.

Официальная статистика Норильлага: 274109 заключенных, сохранилось 16806 дел умерших.

По данным Тафиловского умерло в 1935 году 3 человека, в 1936 году - 45 человек, в 1937 году - 69.

Сохранилось дел умерших за 1935 год - 2, за 1936 год - 13, за 1937 год - 15. Возможно, в статистике имеется какое-то несоответствие. Посмотрев дела, хочу несколько слов рассказать об умерших.

Итак, Норильлаг, вторая половина 1936 года. Строительная суета, неустроенность, неразбериха, каждые 2 месяца сменяются начальники лагерных отделений в Дудинке и Норильске (за 20 месяцев - 9 начальников), но работа идет и большинство заключенных работает по-ударному, что отмечается в их характеристиках, а как же, впереди зима.

Первый заключенный, умерший в Норильлаге, Лохматиков А.А., двадцатичетырехлетний парень из Иваново Воронежской области, сын кулака (ныне реабилитирован), осужденный на 5 лет за контрреволюционную агитацию (ныне также реабилитируются независимо от фактической обоснованности обвинения лица). Паралич разбил его сердечную мышцу 7 сентября 1935 года.

Через два месяца скончается от отравления денатуратом двадцатипятилетний Ситников И.Д., воронежский парень, служивший солдатом 33 стройбата в г.Спаске. За такое же преступление военный трибунал военно-строительного корпуса осудил его на четыре года лагерей, и пошла череда этапов Сиблаг-Норильлаг.

Может он выпил, чтобы не замерзнуть в ноябрьскую стужу? Можно ли его осуждать?

1936 год. 30 января погиб во время аварии на 65 пикете тридцатисемилетний заключенный Годунов Н.К. Этот кулацкий сын угодил в лагерь за то, что устроил драку на колхозном собрании, сказал слова, которые спустя 60 лет оказались пророческими.

15 апреля умер (не указано от чего) заключенный Иванов В.Н. Ему было 55 лет, родился в Полтавской области в первую мировую войну служил прапорщиком в 21 Туркестанском полку, в боях за Россию был ранен. В 1932 году был осужден на 10 лет концлагерей за контрреволюционную агитацию.

В июне настигла пуля охранника 5 раз судимого вора Жердяева Н.Г., он воровал вещи у пассажиров поездов, совершал побеги из лагерей. Последний побег оказался неудачным.

Спустя два дня из другой зоны пытался бежать молодой вор и грабитель, распевавший контрреволюционные песни о челюскинцах, Сердюк Н.Н. Не хотел офицерский сын быть студентом краснодарского медфака, повлекла воровская романтика. Пуля конвоира остановила беглеца.

Умер от авитаминоза заключенный Зяблицкий И.С., сидевший за участие в контрреволюционном собрании, от туберкулезного воспаления легких заключенный Ротькин Я.И., служивший в молодости в царской и белой армиях. Работал он по-ударному, себя не жалел, вот и итог.

От крупного воспаления легких умер заключенный А.Л., молдаванин, служивший в царской и Красной Армии. Вот и угадай где служить, может лучше не служить?

Умер от упадка сердечной деятельности финн Канерва Петти Олави Августович. Ему было 23 года. Он сначала перебежал в СССР и был определен на поселение в Омскую область, откуда через Москву проехал в Ленинград, а оттуда опять в Финляндию хотел.

Это в царское время можно было в Финляндскую губернию и из нее свободно шастать, а в советское время он получил 5 лет ИТЛ. Объявил голодовку, поголодал неделю и умер от упадка сердечной деятельности.

Умер от кровоизлияния в мозг заключенный Орлицкий Т.И., уроженец хутора Седмице Полоцкой области. Из сорока двух прожитых лет шесть лет провел в плену, не указано у кого, служил в 21 году в Красной Армии. Был обвинен в шпионаже и осужден по ст.58 УК РСФСР.

Умерли в этом же году еще 3 зека. Вор Ржевин В.Л., имевший пять судимостей. Страдал он идиотией и ни к какому труду не был годен. Бродяга Шатилов Н.ф., неизвестно сколько дорог обошел за двадцать три года жизни: начал в Твери, окончил в Норильске от туберкулеза.

Таким же молодым умер от упадка сердечной деятельности заключенный Новиков Г.М. О нем ничего неизвестно, дело сшито формально, из нескольких листков.

Из дел тех, кто умер в 1937 году, сохранились дела на пятнадцать человек, о двоих мы упомянули, из оставшихся половина была «политиками», половина - уголовниками.

Рыжов А.Ф., двадцатичетырехлетний парень, несколько раз избивал селькора стенгазеты, а потом с друзьями-односельчанами по пьяному делу убил его, сам сгинул от подагры.

Также умер и наш земляк из Большой Мурты Шостов Ефим, имевший три судимости и сидевший за бродяжничество. Двадцатипятилетний пермяк Коковцев В.Я. имел 6 судимостей, расстрел ему был заменен 10 годами ИТЛ. Он бежал из Карагандинских лагерей, дебоширил в Пермской тюрьме, бежал в 1936 году из Норильлага, но был задержан. Как он и от чего закончил свои дни, в деле не написали.

Конокрад Игдавлетов Ш.А., привезенный на стройку из Башкирии, умер от туберкулеза.

Ащенко В.И., сам грабивший и убивавший людей, был убит в лагере. Как и кем, вряд ли узнаем.

Проститутка, воровка и сбытчика краденного из Уфы Овчинникова М.Д. бросилась под колеса поезда, ей отрезало голову. О ней не стоит сожалеть. На преступном пути она стояла твердо, имела не одну судимость, принимала участие в кровавых делах, да и своей крови не жалела, находясь в штрафном изоляторе резанула себя ножом, правда перочинным, по животу.

Из «политиков», осужденных по ст.58 УК РСФСР, в мае скончался от порока сердца Цой В.П., кореец, пытавшийся перейти через границу на историческую родину, а граница на замке. От туберкулеза умер Перепевко Г.А. За сорок прожитых лет пришлось ему послужить в царской армии, потом в Красной Армии, потом что-то сказал контрреволюционное и попал в лагеря.

Во время обвала в шахте получил увечья и скончался Одинцов И.И., уроженец Елецкого округа. Он был осужден к 10 годам концлагерей по ст.58-10-11 тройкой ПП ОГПУ по Центральночерноземной области, и, кстати, является единственным из всех упомянутых, чья судьба небезразлична потомкам. В 1993 году его сын написал нам письмо и получил ответ. Отцу было бы тогда 98 лет.

Умер от кишечного кровотечения заключенный Жук Георгий Степанович. Служил он всю первую мировую в царской армии, с 18 по 22 год в Красной Армии. Перешел в 1935 году нелегально границу из Польши в СССР и был осужден как шпион.

Несчастной была судьба и заключенного Евграфова В.А., бывшего ранее членом ВКП (б). Обвинили его виновным в пожаре, потом, когда он заключенным работал на электростанции в Норильске, опять случился пожар и опять он на скамье подсудимых. Сердце не выдержало.

Наверняка было «сфабриковано» дело Гарнтца Э.Р., осужденного Черниговским облсудом к ВМН, но расстрел был заменен 10 годами, умер от упадка сердечной деятельности. Обвиненный в участии в контрреволюционной группе, Брошев Н.П., в возрасте 30 лет, повесился в декабре 1937 года.

1938 год принес смерть еще пятидесяти пяти невольникам, из них 45 были обвинены в контрреволюционных преступлениях. Кто-то в пьяном виде нецензурно выразился в адрес вождей государства, кто-то высказал террористические фразы среди рабочих, кто-то обвинен во вредительстве, кто-то пригрозил стахановцу. После прочтения приговоров судов, троек, трибуналов, ОСО складывается впечатление, что все они старались наполнить рабсилой стройки НКВД. 10 человек были бандитами, ворами, скотокрадами, социально вредными элементами.

Причины смерти почти стандартные: истощение, цинга, туберкулез, замерзание, самоубийства, убийства, несчастные случаи, убийство при попытке к бегству.

Исправительно-трудовой лагерь... Звучит неплохо. Но за этими словами кроется такое смертельное равнодушие к людям, которое страшнее ненависти. Так характеризует явление бывшая узница Норильлага Керсновская Е.

За период существования Норильлага с 1935 по 1957 годы через него прошло 274109 заключенных, сохранились дела на 15806 человек, умерших в заключении. Это же население доброго райцентра! О них никто и никогда подробно не говорил и не писал. Я хотел рассказать о первых жертвах Заполярного Молоха. Такими они мне показались через скупые строчки арестантских дел, и я попытался разорвать пелену равнодушия к их судьбам, сохранившуюся до наших дней.

Виктор Константинович Зберовский
«Красноярская пятница» № 15-16 (109-110), 02.06.2000 г., 09.06.2000 г.


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е