РАПОРТ ВОЕННОГО СЛЕДОВАТЕЛЯ ПО ОСОБО ВАЖНЫМ ДЕЛАМ В.М. МАРКЕЛЫЧЕВА НАЧАЛЬНИКУ ГАРНИЗОНА ЮЖНОЙ ЧАСТИ КАНСКОГО УЕЗДА В.Ф.ЕМЕЛЬЯШИНУ

РАПОРТ ВОЕННОГО СЛЕДОВАТЕЛЯ ПО ОСОБО ВАЖНЫМ ДЕЛАМ В.М. МАРКЕЛЫЧЕВА НАЧАЛЬНИКУ ГАРНИЗОНА ЮЖНОЙ ЧАСТИ КАНСКОГО УЕЗДА В.Ф.ЕМЕЛЬЯШИНУ

д.Верх-Амонаш 16 ноября 1920 г.

При сем представляю копию постановления общего собрания граждан д.В[ерх]-Амонаш от 16 ноября 1920 г. и список арестованных граждан д.В[ерх]-Амонаш в связи с происходившим здесь восстанием против советской власти с 9 по 15 ноября 1920 г. и доношу, что, как выяснилось из произведенных мною дознаний, восстание поднято кучкой беглецов, скрывавшихся в летнее время от правосудия в тайге юга Канского уезда и состоящей в своем большинстве из бывших колчаковцев-офицеров и дружинников. Еще летом, в июле и августе месяцах, часть банды вырвалась из тайги и облюбовала Тутаковскую заимку и Орловские заимки (между Хомутовым и В[ерх]-Амонашем) как места, подходящие для своей преступной работы. Кулацкое население д.В[ерх]-Амонаш как нельзя больше благоприятствовало развитию банды. Оружие было в изобилии у населения окрестных селений, оставленного и припрятанного от проходивших колчаковцев.

Подбить темное, в большинстве кулацкое население д.В[ерх]-Амонаш на восстание было для них нетрудно. И вот 8 ноября банда белых, пополнившись предварительно добровольцами из старожильческих селений Агинского, Ульяновки, Нагорного, Коростелево, налетела на Голопуповку (В[ерх]-Амонаш). Сразу же, не дав опомниться крестьянам, был созван сход, на котором повелась бандитами агитация против разверстки, за свободную торговлю и другие прелести бурж[уазно]-кулац[кой] жизни. Почва была благоприятна. Только что кончилась мобилизация родившихся в 1900-1899 гг. и унтер-офицеров.

Призывные еще не уезжали. Сразу к белым открылся поток добровольцев-дезертиров, которые принудили и других темных крестьян пойти в банду частью угрозами, частью провокацией о том, что вся Сибирь занята белыми. Некоторые шли только под страхом оружия.

Так что частям Красной Армии, которые вели наступление, оказано было довольно серьезное сопротивление, несмотря на то, что пришлый элемент, поднявший восстание, в тот момент ушел или на фуражировку, или чувствуя шаткость почвы, на которой он стоял. Деревня с боем была захвачена красными частями. Ввиду многочисленности частей и разрозненности командования сразу не были приняты меры к упорядочению массовых арестов, начавшихся по вступлению в деревню. Задержанных с оружием, сдавшихся в плен, случайно проходивших по улице, — всех тащили в кутузку, так что к утру 16 ноября я нашел арестованных 160 человек, в массе — гражд[ан] д.Голопуповки. Отделить правых от виноватых, добровольцев от мобилизованных я один был не в состоянии, а помощи со стороны ждать было неоткуда. Агентурная разведка обжелдор, данная мне в помощь, в смысле производства дознания показала полную свою несостоятельность — да от нее и требовать большего было нельзя, так как там люди в большинстве неграмотные. С другой стороны, держать массу арестованных в помещениях, к тому совершенно не приспособленных, к тому же виновность большинства [которых] была сомнительна, я не имел никакого нравственного права. Поэтому я вынужден был прибегнуть к [помощи] части общества кр[естья]н д.В[ерх]-Амонаш, остававшейся лояльной во время восстания.

Было собрано общее собрание, на котором предложено было разбить всех арестованных на три категории: добровольцев, насильно мобилизованных и арестованных случайно крестьян. Так было и поступлено. Причем было замечено действительно желание крестьян выпутаться из создавшегося положения. Было указано 25 добровольцев, 6 дезертиров, 40 мобилизованных и 97 случайно арестованных. В большинстве [случаев] сведения, даваемые гражданами, совпадали с теми, какие были у меня. Поэтому сомневаться в их достоверности я не имел причин. Поэтому я полагал бы с Вашего разрешения освободить немедленно всех случайно арестованных без поручителей, мобилизованных насильно — под поручительство пяти добросовестных граждан, не принимавших участия в восстании; дезертиров, как злостных [преступников], отправить в Канск в распоряжение уездкомдезер[тир], а добровольцев придать военно-полевому суду через ревтрибунал.

Еще раз обращаю Ваше внимание на то обстоятельство, что, как видно из показаний опрошенных граждан, главные виновники восстания — Корчагины*, Яков Гримайло — бежали с бандитами, а в деревне остались только те, кои по темноте и малому развитию не видели всей пагубности затеянной авантюры. № 151.

Военный следователь по особо важным делам
при начгаре юга Канского уезда В.Маркелычев

ГАКК.Ф.р.1779. Оп.1. Д.(2)3. Лл.183-185. Автограф.

________________________

1На рапорте имеется резолюция начальника отряда В.Ф.Емельяшина от 17 ноября 1920 г.: «Рассмотрев рапорт военного следователя по особо важным делам при начгаре южной части Канского уезда, с его доводами согласен при условии, если из числа арестованных не будет освобожден ни один дезертир».

*В документе ошибка, правильно — Кочергины.

 

Публикуется по изданию "Сибирская Вандея. Документы в 2-х томах. 1919 -1920. Под редакцией академика А.Н. Яковлева. М., Международный фонд "Демократия", 2000, Том 1, С. 441 - 518." Составитель В.И.Шишкин


Оглавление  Предыдущая  Следующая

На главную страницу