Книга памяти жертв политических репрессий Республики Хакасия. Том 3


Андрей Худзик. История моей ссылки в Сибирь, в Хакасию

До войны мы жили в небольшом городе Авустов, недалеко от границы польской, литовской и немецкой (тогда земля Восточной Пруссии). У нас в семье было 5 человек: бабушка, отец, мама и я с братом. Родители были учителями в начальной школе. В суматохе польско-немецкой войны эту территорию захватили советские войска. Вскоре отец был арестован, полгода продержали в тюрьме в г. Гродно. По приговору или без приговора судебных органов он был сослан в исправительно-трудовой лагерь в Нарьян-Мар (низовье реки Печора Архангельской области, заполярный круг).

После Польско-Советского договора, осенью 1941 года, отец переехал в Казахстан, где вступил в польскую армию. С нею побывал в Персии, Иране, Палестине, Южной Африке, Англии. С июня 1944 года, с открытием 2-го фронта, он в составе польской армии участвовал в военных действиях во Франции, Бельгии, Голландии и в Германии закончил войну.

...20 июня 1941 года советские военные нашу семью (бабушку, мать, меня с братом) привезли на вокзал. Тысячи людей, в основном женщины и дети, в железнодорожных вагонах ожидали отправки в неизвестность. 22 июня немецкие войска вошли в город и заняли центр. В это время наш последний эшелон двинулся на восток. По пути наш состав многократно бомбили и стреляли немецкие самолеты. Под обстрелами мы до Смоленска ехали шесть дней. На станциях русские беженцы многократно умоляли наш конвой: «Выбросите этих бандитов поляков и берите своих». По дороге мы видели разбомбленный Минск и другие города. После месячной дороги нас «выгрузили» в Абакане. Вначале нас намечали отправить куда-то на Север, в Якутию, но в результате договора с Польским правительством в Англии эшелон повернули из Красноярска на юг, в Хакасию.

В Абакане нас разделили по разным селам, наша семья и еще несколько польских семей попали в Аскизский район, в совхоз «Скотовод». Теперь его называют улус Усть-Хойза. Там тогда вспыхнула эпидемия кровавой дизентерии, много людей померло, я тоже заболел, но с трудом выздоровел. Там мать работала в совхозном хозяйстве вместе с местными хакасами. Хакасы нам рассказывали о своей жизни раньше и теперь

Но скоро начальство (комендатура) решила, что поляки слишком подружились с хакасами, и разделило их, образовав бригады только из поляков с русским бригадиром.

Хорошо помню, когда пришла зима, из тайги приходили волки, мы их очень боялись.

Но произошел удивительный случай, волки зарезали только корову директора совхоза, а вторую – бухгалтера совхоза. Коровы хакасов ходили почти беспризорные, но их волки не трогали.

Через год мы переехали в Лесозавод (пос. Усть-Абакан). Там была польская школа, но жить было тяжело. Мать работала на лесозаводе, а я с братом делали из дерева лошадки, тележки и прочие деревянные игрушки, которые продавали на базаре. Помню, одно лето мы питались только грибами и щирицей, собранной возле заборов улиц.

Через гору ходили в улус Мохово, где с риском собирали колоски, или весной собирали мерзлый картофель из-под снега. В начале 1944 года привезли ссыльных калмыков.

Калмыкам было тяжелее приспосабливаться к ссылке, чем нам, они не привычны были работать на тяжелых работах в лесокомбинате и строительных работах. Они ежедневно умирали от голода и холода, валялись мертвые на улицах. В 1943 году прервались отношения между Польским правительством и Советской властью. Польскую школу в Усть-Абакане закрыли. В конце 1944 года нам удалось переехать в г. Черногорск, где я начал ходить вначале в польскую, позже в русскую школу.

В Черногорске я познакомился со Станиславом Пухликом, с которым до сих пор дружим. В 2001 году удалось вместе с ним посетить Республику Хакасия. Я увидел воочию совершенно другую Хакасию, чем в годы войны. Благодаря Правительству Республики Хакасия, Абдину Н.С., председателю общества «Мемориал», обществу «Полония» наша делегация посетила улусы Шалгинов, Чаптыков, знаменитый Салбыкский курган, Черногорск, Саяногорск, Минусинск, п. Усть-Абакан, Шушенское, Саяно-Шушенскую ГЭС, проплыли на катере по Красноярскому водохранилищу и посмотрели достопримечательные места Хакасии. Я увидел хакасские народные обычаи и традиции, и гостеприимный, многонациональный и доброжелательный народ.

Когда приехал домой и рассказал о Хакасии с показом фотографий, мне не поверили, что в Сибири существуют современные города с асфальтированными дорогами, гидроэлектростанциями и заводами.

Самое главное – это солнечные дни Хакасии. Без сибирского солнца и хакасского климата мы не выдержали бы пятилетнюю ссылку в Сибири. Не было еды, не было одежды, жили очень плохо, но благодаря хакасскому солнцу мы вернулись домой.

Андрей Худзик,
г. Лодз, Польша, 2003 г.


На главную страницу