Методология научного исследования документов и биографических материалов на тему о политических репрессиях


Галина Николаевна Антоник,
директор музея КрасГАУ

Исследование документов истории (о репрессиях в том числе) начинается с работы в архивах, библиотеках, с осмысления рассказов очевидцев тех событий (если они живы) или их родственников. Поисковый путь для исследователя всегда очень длинный и сложный и необходимо огромное терпение, кропотливость, усидчивость. Бывает, что результат появляется намного позднее, чем хотелось бы. Под исследованием в данном случае понимается «особая форма» деятельности, связанная с выработкой, распространением и применением знаний, которыми общество прежде не располагало. И часто, эти исследования носят многосторонний и комплексный характер. Полученные новые знания ведут к научным коллекциям, к дополнению уже существующих, составлению специальной документации, научно-организованной экспозиции, к публикациям статей, монографий и т.п.

Исследовательский интерес постоянно курсирует: от присущего всем - к индивидуальному, и создаёт некую свою интерпретацию взгляда на общество, проявления социальных отношений в социальных «играх» советской и постсоветской эпохи. Интерпретация исследователя позволяет понять то, что было востребованным для «производства» и «институтов» (социальных образований) данной системы, и качествах индивидов вырабатываемых этой системой.

Исследуя толстые архивные тома, читая в них документы, не только окунаешься в пыльные бумаги, но и начинаешь понимать происходящие события в те времена и события сегодняшних дней, мотивы поступков того социума и нынешнего и многое из того, что происходит сейчас.

Открывая очередной том личных дел из архива, обнаруживаешь, иногда, очень противоречивые факты в документах, старых, пожелтевших листочках, напечатанных на печатной машинке и зачастую с расплывчатым шрифтом не первого экземпляра.

Авторы коротких биографий, вложенных в личные дела, надеялись, когда писали, что возможно их тоже прочитают; что события их жизни не потеряются, т.е. не утратят силы воздействия на читателей из «будущего» общества; что «канет в лету» «историософия» «без истории и без человека»; что наконец-то реальный, «маленький человек» окажется интересным для отечественного исследователя. Индивидуальная жизненная история рассказывает нам о поле проблем общества и о том личном вкладе неповторимом и ценном, который имеет, и составляет, смысл истории, структурирующее «начало» в истории.

Конечно же, взгляд на любую конкретную ситуацию происходит через призму качеств исследователя и отображает процессы в меняющемся реальном мире. Рассказать – уже объяснить. Рассказанное – уже понятое. Действие может быть рассказано потому, что оно уже выражено и проговорено в знаках, правилах, нормах. Биографические истории являются объясняющими и нормативными «моделями» как таковыми, объясняющими и одновременно воспроизводящими «социальность».

Объяснение – важнейшая функция человеческого познания, в частности научного исследования (и соответственно тот его этап, на котором эта функция выполняется), состоящая в раскрытии сущности изучаемого объекта (в данном случае – документов), а через них - личности.

В реальной практике исследователя объяснение осуществляется путём показа того, что объясняемый (и объяснимый) объект подчиняется определённым законам, которые анализируются. Стиль письма, шрифт, бумага, чернила, качество бумаги и печати, надписи, подписи и другие различные пометки подлежат тщательному рассмотрению и анализу (описанию, объяснению, толкованию). Существует целая наука в данной области – «герменевтика», становящаяся очень актуальной в современном мире.

Итак: объяснение может быть атрибутивным, субстанциальным, генетическим (в частности, причинным), контрагенетическим (в частности, функциональным), структурным и т. д. По своему механизму объяснение делится на: объяснение через собственный закон (т.е. собственные факторы конкретной ситуации); объяснение с помощью моделирования (т.е. анализирование, сопоставление и выстраивание события, концепции ситуации, анализ фактов). Объяснение тесно связано с описанием, и как правило, основывается на нём, и, в свою очередь, составляет базу для научного предвидения (научного формулирования сущности исторического события, ситуации, мысли, процесса).

Анализ содержания определённого текста документа позволяет сделать вывод, что при всём внешнем разнообразии многочисленных определений, понятие «документ» рассматривается в трёх аспектах: во-первых, как инструмент теоретического исследования; во-вторых, как метод эмпирического исследования; в-третьих, как средство, предназначенное не только для распознавания качеств личности, но и для получения объективной количественной оценки.

В очередной раз, открыв обветшавший уже том архивного дела, вчитываясь в текст, я обнаружила прелюбопытный рассказ (уже готовый) автора, сотрудника вуза о самом себе, и поняла, что его необходимо «озвучить» сегодня. Речь идёт о фактах репрессий в прошлом истории нашей страны и конкретно истории нашего края.

«Настала Отечественная война, так же, как и большая часть моего в то время возраста, был мобилизован в ряды Советской Армии, - писал в автобиографии Сотников Виктор Петрович, - тогда (в 1954 году) работавший в КСХИ инженером по строительству, первоначально пришлось участвовать на Северном участке - т.е. Финское направление. Принимая непосредственное участие в боях под Петрозаводском и Тихвином, при последнем бое - был первый раз ранен в руку.

Вылечившись от ранения в Свердловске - был направлен в распоряжение Центрального фронта (техническая команда, старший техник, лейтенант). В 1943 году принимал участие в бою на Орловско-Курской дуге, был вторично ранен легко в ногу, вылечившись от ранения в армейском госпитале возвратился в состав прежней 48-й Армии с которой дошёл до Одера (Белорусский фронт), где, получив тяжёлую контузию, был на излечении в г. Гродно и там, по заключению ВВК, 11-12 апреля был признан негодным для несения дальнейшей строевой и нестроевой службы в Советской Армии.

Зная о гибели всех родных в Ленинграде, я принял решение остаться на работе, которую мне предложили в г. Сумы на Украине, где с мая 1945 года по апрель 1946 года работал начальником Стройуправления. Там был осуждён по ст. 98-104 УК Украинской ССР за незаконные выдачи «на время» материальных ценностей лицам, не имеющим отношения к Стройуправлению, на 8 лет. Отбывал наказание в Норильске, на строительстве комбината, работая по своей специальности, т.е. «производителя работ», и последние три года – инженером П.Т.О.

Освобождён досрочно в 1952 году июле месяце за хорошую работу, а в 1953 году Указом Верховного Правительства СССР – реабилитирован. После освобождения до настоящего дня работал в различных организациях и исполнял различные должности - т.е. начальника производственно-технического отдела, главного инженера стройуправления и начальника строительного участка, некоторые характеристики прилагаю. Имею жену, работающую учительницей в школе №1, и старушку её мамашу. Сын учится в Военно-инженерном училище им. Жданова в г. Ленинграде. Проживаю в г. Красноярске. К сему – В. Сотников».

Работал Виктор Петрович с 1 ноября 1954 года по май 1956 года инженером по технадзору КСХИ, а затем – инженером по строительству там же. Навряд ли его портрет и биографию поместят «на стенд выдающихся» людей определённого отрезка истории нашей страны и края. Но он то и есть тот «маленький человек», который и является «кирпичиком» истории системы этой страны.

«Родился я в 1909 году в городе Ленинграде в семье рабочего, - писал он сам о себе дальше, - отец работал литейщиком на Ленинградском заводе, кроме меня был ещё старший брат и сестра. Отец умер в 1929 году, старший брат Александр Петрович погиб в 1941 году защищая Советскую землю. Мать и сестра погибли во время блокады Ленинграда в начале 1942 года.

Детство моё протекало босое и в недостатках т.к. был период империалистической войны, затем гражданской. Начал я учиться с 1917 года и в 1932 году окончил Ленинградский Политехнический институт им. М.И. Калинина, строительный факультет, получив звание инженера строителя.
После окончания института был направлен для работы в Среднюю Азию на три года, но проработать пришлось с начала 1933 года до начала Отечественной войны. Работал в Средней Азии на различном строительстве т.е. на промышленном и гражданском (т.е. жилищном, школьном и т.д.). Производственную деятельность начал с производителя работ «Гаурдакстроя», затем инженером «Системного управления», после этого начальником ремонтно-строительных работ Рем. стройконторы и последняя моя работа была инженером школьного строительства ОблОНО т.е. являлся «технадзором» от заказчика», - писал он в своей автобиографии.

Исследователю таким образом (и в данном конкретном случае) необходимо найти ответ на один вопрос, как именно функционирует, создавалось и создаётся, строилось и строится, изобретается, воспроизводится любое общество? Можно задать вопрос по другому: как человек «изобретает самого себя и косвенно влияет на процесс «изобретения» всего общества, его дальнейшего развития? Без ответа на эти вопросы невозможно понять, что произошло с нашим обществом, как и почему это общество существовало семьдесят лет и почему эта общественная «система» прекратила своё существование.

Человеческие индивиды рождаются в определённое время в определённом месте в некоем «социально-историческом» сообществе. Биографические «схемы» – один из центральных компонентов этого a priori», - писала известный философ, доктор философских наук, профессор РГГУ Козлова Наталья Никитична в своих книгах. «Они формируют течение жизни более или менее обязательным образом, наделяют и рутинные и кризисные моменты значением, связывая их со значением жизни в целом, помещая её в контекст исторического времени. Именно биографические схемы наиболее связаны с личной идентичностью», - писала она далее.

Интерпретируемые источники (документы) различны по жанру и форме. Это могут быть любые тексты: справки, выписки, списки или отчёты о работе научной и работе обычной, записки или, даже, небольшие рассказы, эссе или - копии трудовой книжки и документов об образовании, решения и приказы. Документы рассматриваются как «социальная конструкция». И во многом, в конечном итоге, объяснение исторических фактов зависит от позиции самого исследователя, от его нахождения в социальном пространстве, от его умения и способности анализировать.

По прочитанным текстам формулируется различная идентичность индивида (например: деревенские люди и городские, национальность, социальное происхождение и т.д.). Учитывать надо и самоидентичность объекта исследования и исследователя в том числе. Реальность в целом должна восприниматься неоднородной и многообразной и человек должен рассматриваться как деятель, влияющий на итог социальных изменений.

Другой пример: пролистав все страницы личных дел следующих нескольких томов, я нашла ещё одну биографию с трагическими фактами в судьбе человека, преподававшего в вузе и занимавшегося наукой.

Александр Иванович Филиппов первым, кто в крае начал исследования перспектив борьбы с бруцеллёзом сельскохозяйственных животных. В дальнейшем эти исследования продолжил Г.Н.Глотов. А начинал А.И.Филиппов свои исследования и серьёзные научные труды по Сибири в совершенно другой, далеко ненаучной, среде своего нахождения и проживания.

«8 ноября 1937 года был арестован и до 31 мая 1947 года был в лагерях Иркутской области, а затем 5 лет отбывал ссылку в совхозе им. «Дзержинского» УМТБ Иркутской области, где работал старшим зоотехником и заместителем директора до апреля 1954 года. С мая 1954 года по март 1957 года был директором Семиозёрной вет. бак. лаборатории Кустанайской области. После реабилитации поступил по конкурсу в Красноярскую НИВС, где работал до 1965 года заместителем директора, а затем до октября 1968 года директором. С октября 1968 года вышел на пенсию», - писал Александр Иванович Филиппов сам о себе. Скупые строчки фактов биографии за которыми судьба человека.

Биография учёного была бы ещё более блестящей и значительной, если бы не арест, много лет тюрьмы и ссылки. Родился Филиппов Александр Иванович 1 сентября 1908 года, в с. Иваново Цивильского района Чувашской АССР, в крестьянской семье. Писал он о себе в автобиографии дальше: - «Отца плохо помню, т.к. с 1914 года он был на фронте в Первую Империалистическую войну в Германии, а с 1917 года был в Красной Армии и погиб в 1919 году. После смерти отца у матери осталось шестеро детей, я был самым старшим. Наша семья жила бедно, занимаясь сельским хозяйством и получая небольшую пенсию за погибшего отца. С 1916 по 1921 год я учился в Ивановской сельской школе, а затем в Цивильской средне школе, по окончании которой в 1926 году, поступил в Казанский ветеринарный институт. По окончании института в 1930 году проходил аспирантуру по микробиологии. С августа 1932 года по ноябрь 1933 года работал в городе Чебоксары директором республиканской вет. бак. лаборатории. С ноября 1933 года по ноябрь 1937 года заведовал кафедрой «Эпизоотологии» Троицкого ветеринарного института и по совместительству был директором вет. бак. лаборатории». А в 1937 году его сослали в Сибирь.

За время работы в Красноярской НИВС, с марта 1957 года, А.И. Филиппов выполнил и опубликовал три научные работы: «Об эффективности лапинизированной «вирус - вакцины» чумы свиней при иммунизации поросят в неблагополучном хозяйстве»; «Опыт борьбы с бруцеллёзом сельхоз. животных в Красноярском крае с применением вакцины из штамма №19»; «О ликвидации бруцеллёза сельхоз. животных в зоне обслуживания Ужурской межрайонной вет. бак. лаборатории».

Кроме того - им была написана: первая брошюра «Бруцеллёз сельхозживотных и борьба с ним» (пришлось писать в соавторстве с Вронежцевым и Тимофеевой, т.к. биография была «с клеймом» врага народа); «Методическое руководство по применению антибиотиков в животноводстве и ветеринарии»; а также плакаты по ящуру и бруцеллёзу (а значит - он ещё и прекрасно рисовал!). Выполнял он работы по борьбе с ящуром, чумой свиней, бруцеллёзом сельскохозяйственных животных и другими заболеваниями, проводил проверки ветлаборатории края и оказывал им помощь в вопросах диагностики и проведения противоэпизоотических мероприятий. Редактировал научные труды Красноярского НИВС, брошюры, методические письма, наставления и плакаты. С апреля 1962 года по октябрь 1966 года избирался председателем «Красноярского отделения Всесоюзного Микробиологического Общества».

Не смотря на его биографию бывшего «лагерника», исполком Красноярского Краевого Совета Депутатов Трудящихся 5 раз награждал А.И.Филиппова почётными грамотами и премировал настольными часами. 28 апреля 1966 года он был награждён орденом «Знак Почёта». Александр Иванович Филиппов пользовался уважением и среди сотрудников НИВС.

После выхода на пенсию пришёл А.И. Филиппов 1 сентября 1971 года работать в Красноярский сельскохозяйственный институт доцентом на кафедру «Эпизоотологии» ветеринарного факультета. В дальнейшем был даже секретарём партбюро факультета. А во время празднования второй годовщины факультета принимал участие в концерте-смотре и песенка о капитане из кинофильма «Дети капитана Гранта» исполненная им на немецком языке была встречена дружными аплодисментами и принесла ему особый успех! Уволился он 1 января 1974 года по состоянию здоровья.

В пыльном, пухлом архивном деле оказались материалы личного дела ещё одной, не менее трагичной судьбы «преподавательницы» (так она сама себя называет), также работавшей в вузе. Тем более, что - о ней вряд ли напишут на её родине, так как свою жизнь, в основном, она прожила в Сибири до выхода на пенсию и отъезда навсегда отсюда по состоянию здоровья своего и своей дочери, которая тяжело болела и которую надо было лечить.

«Я родилась 28 января 1908 года в г. Варшаве, - писала она в своей автобиографии, - детство провела в г. Костроме, окончила среднюю школу и «Пед. техникум». В 1927 году я поступила на иностранное отделение Ленинградского Государственного Педагогического Института им. А.И. Герцена, который и окончила в 1930 году. Будучи студенткой, я уже работала в качестве преподавательницы немецкого языка в ленинградской Ф.З.Д. № 113. По окончании Педагогического Института я поступила в качестве преподавательницы в Военно-Морскую Академию РККА им. К.Е.Ворошилова в Ленинграде, где проработала 5 лет. Одновременно с этим я преподавала немецкий в Ленинградском Отделении «Коммунистической Академии», где я была руководителем немецкого языка «Аграрного Института». В 1935-38 годах я преподавала в Ленинградском Плановом Институте, и по совместительству - в Ленинградском Электротехническом Институте в 1935-37 годах.

В феврале 1938 года я подверглась репрессии, и отбыла 8 лет и 5 месяцев в ИТЛ. После освобождения в 1946 году я жила в Узбекской ССР, где 5 лет работала в качестве преподавательницы в средней школе № 19 города Коканда, где преподавала немецкий и английский языки. В Коканде я работала по совместительству преподавательницей английского языка в Кокандском Нефтяном и Автодорожном Техникумах. В 1951 году я уволилась по собственному желанию из Кокандского «ГоРоно» ввиду выезда в Красноярский край к мужу, находившемуся в ссылке. По приезде в село Абан Красноярского края не была допущена на педагогическую работу (хотя в самом месте ссылки работала преподавателем, и, парадоксально, но это специфично в особой степени для целой «территории ГУЛАГА» - Красноярского края!) и работала в Абанском Рай. пищекомбинате. В 1954 году я начала преподавать немецкий язык в вечерней школе села Абан, и только с 1-го сентября 1955 года я начала преподавать немецкий язык в средней школе села Туровского, Долгомостовского района, Красноярского края по 1957 г».

«В декабре 1955 г. Военный Трибунал Ленинградского Военного Округа меня реабилитировал. Я, имею 24 года педагогического стажа, - писала она дальше, - из них свыше 15 лет вузовского стажа. Семья состоит из мужа судового механика и дочери ученицы 6 класса. Я (сейчас уже) преподаю в Красноярском Педагогическом Институте».

Эта биография была написана в связи с устройством на работу преподавателем иностранных языков, по совместительству, в Красноярский сельскохозяйственный институт. Немецким языком Раиса Семёновна владела в совершенстве, на двух других: французском и английском языках - могла читать и объясняться.

За годы работы в вузе, по свидетельству бывших сотрудников вуза, Р.С.Левина показала себя эрудированным, примерным педагогом, прекрасно знающим своё дело. Была она ещё и руководителем научно-методической работы на кафедре по немецкому языку. Она была всегда требовательна к себе и к своим аспирантам и студентам. Обладала глубокими знаниями языков, добивалась знаний и у студентов. Была она общительной, не смотря на перенесённые огромные лишения, принципиальной – за всё это снискала она огромное уважение среди студентов и преподавателей. На время ухода, в 1963 году, М.Я.Шапранова на военную переподготовку в Советскую Армию она исполняла обязанности заведующего кафедрой.

Не смотря на прошлое, ей доверили работу в окружной избирательной комиссии, она выполняла поручения кафедры, вела кружок преподавателей по развитию устной речи, являлась членом городского методического объединения. За хорошую работу, Р.С.Левиной, неоднократно выносили благодарность по институту.

Огромную роль в судьбе этих людей играла «сила духа», помогающая многим не быть сломленным, сохранить в себе заложенные задатки, те которые хорошо прослеживаются по конкретным «родословным линиям», и которые являются наследственными, составляющими понятие «габитуса». Данный термин был введён Н.Элиасом и П.Бурдье, современниками и последователями З.Фрейда, которым это понятие позволяло ослабить или даже снять напряжение между методологическим индивидуализмом и методологическим коллективизмом.

Для исследователя важно сформулировать в итоге представление о множестве людей, учитывая индивидуальность и «неповторимость» каждого, вовлечённого в социальный процесс или «социальное изобретение» общества. То есть - найти взаимосвязь индивидуального и социального в процессе социального изменения, учитывая «неправильную» (я бы сказала – «приспособленную») социализацию личности, в процессе которой возникают социальные недуги, как автоматическая реакция на окружающий мир неподвластная сознательному «я».

Случай советской модели «социального пространства», тоталитаризма, в котором вождь был персонифицирован в субъект культуры и когда он мог даровать или отнять жизнь, превратить в «лагерную пыль» или внезапно помиловать, соблазнить и приласкать – уже закончил своё существование. Но! Представляет огромный интерес. И, вот только сейчас (всего-то 15 лет назад вышел в свет Закон РФ «О реабилитации жертв политических репрессий», а фактически «зазвучавший» только последние годы), начинается достаточно внятное описание событий и процессов в обществе, когда прошло немало времени, и когда стали доступными ( и ещё не все!) документы той, советской, эпохи.

Методология вскрывает и анализирует деятельность, обретающую в знании законченные формы. И в настоящее время одной из актуальных задач методологии научных исследований в области отечественной истории является - выработка форм и способов идентификации нации, осознанием её на новом, другом уровне, определением понятия патриотизма также в другом ключе, исследованием изменения баланса между «я» и «мы».

 

ККИМК. Информационный вестник № 10. Методический семинар для исследователей, работающих по теме «Политические репрессии в СССР».  Октябрь 2007. Красноярск 2008


На главную страницу  На оглавление сборника