Греки в Красноярском крае (Материалы из книги И.Джухи «Греческая операция НКВД»)


Проект «Греческий мартиролог»
Я очень благодарен сотрудникам Красноярского «Мемориала» за помощь, которую они оказывают мне в моей работе. Благодаря таким подвижникам, удалось собрать богатую информацию о греках – арестованных в Красноярском крае и отбывавших наказание в Норильлаге. Отрывки из книги «Греческая операция НКВД» (рабочее название) передаю для размещения на сайте Красноярского общества «Мемориал».

Иван Джуха 

Греки в Красноярском крае (Материалы из книги И.Джухи «Греческая операция НКВД»)

Часть первая. 38-й расстрельный.

Из главы 5. Операция продолжается. Аресты 40-50-х гг.

«В июле-августе 1938 году наиболее заметный всплеск активности в работе органов по борьбе с греческой контрреволюцией отмечен на Ставрополье и в Одессе Большую группу греков репрессировали в Ессентуках и Пятигорске 4 июля (С.Гаврилиди, Д.Данилиди, И.Иониди, Н.Кириакиди, И.Маврокефалиди и др.). А в середине и конце месяца чекисты прошлись по уже зачищенным в тридцать седьмом селу Курсавка и станице Упорная (Г.Калогераки, Иван и Исидор Зафираки и др.). Август вновь выдался «пятигорским» (Д.Козмиди, П.Попандопуло…). В Красноярске 23 июля арестовали И.Гавра, председателя завкома паровозо-ремонтного завода. В Москве 25 июля забирают Я.Георгиади.

В Кунцевском районе Московской области вскрыли националистическую шпионско-диверсионную группу. Ее уникальность состояла в том, что в нее входили преимущественно молодые гречанки (Н.Сидеропуло, Е.Лигеропуло, Е.Костаки, Е.Газерлиди и др.).

Греческая контрреволюция (в формате группировки) протянула свои щупальца аж до заполярной Игарки! Вот вам и край ойкумены!»

Из главы 14. Пять дорог после ареста

«11 ноября 1941 года в тюрьму № 1 Красноярска принят эшелон эвакуированных заключенных из тюрьмы г.Сталино (Донецк) численостью 1082 человека. В пути умерло 68 заключенных, бежало 4, при побеге убито 14 заключенных. Все прибывшие без исключения, писал в спецсообщении заместитель начальника тюремного отдела УНКВД по Красноярскому краю Филиппов, завшивлены. Одежда на них рваная, изношенная, многие вообще не имеют верхней одежды. В пути им выдавали по 100 г хлеба, в отдельные дни хлеб вообще не выдавался.

В ту же тюрьму 10 декабря привезил заключенных Новочеркасской тюрьмы. Из Новочеркасска вывезли 1207 заключенных. По пути умерло 450 человек, еще 198 больных сняли на станциях…

 (В.В.Базунов, М.Г.Детков. Тюрьмы НКВД-МВД СССР в карательной системе советского государства. М. 2000. С. 22-23.)

Часть вторая. Этап и лагерь.

Из главы 1. Этапы большого пути

«Речные баржи поджидали заключенных в Красноярске, чтобы доставить их Енисеем в Дудинку (откуда по узкоколейке заключенных довозили до Норильска).

В тридцать восьмом году из Красноярска в Дудинку в трюме баржи вместе с уголовниками везли Харлампия Алиханова. Блатари быстро установили в трюмах свой порядок. Харлампия согнали с места, его пожитки сбросили с нар. Харлампий попытался протестовать, но он оказался один против компании уголовников. Вместе с Харлампием ехал чеченец, тоже политический. Он первым встал на сторону Харлампия и вступил в драку с урками. Тут осмелели другие «коллеги» Харлампия по пятьдесят восьмой. Почувствовав сплоченность политических, уголовники затихли и до самой Дудинки больше никого не трогали».


Владимир Алиханиди рассказывает И.Джухе о своем отце Харлампии.

Из главы 6. Ухта, Печора, Воркута. Далее – везде

«Норильлаг освоен греками был не так основательно как Колыма. По крайней мере, около пятидесяти греков побывали здесь. С.Слесарева говорит о 46 греках, узниках Норильлага (Норильский мемориал. Вып. 3.1996. Октябрь. С.Норильский мемориал. Вып. 3.1996. Октябрь. С.). Зная соотношение между открытой информацией и тайной всего того, что касается истории ГУЛАГа, можно умножить это число, по крайней мере, в два раза.

Среди них двоюродный брат академика А.Д.Сахарова, Е. Софиано.

Евгений Софиано. Фото из архива А.Д.Сахарова.Евгений был прямым потомком по мужской линии греческого рода Софиано, из которого происходила мать А.Сахарова, Екатерина Алексеевна Софиано (1893-1963).

Е.Боннэр, исследовавшая родословную А.Сахарова, установила, что в XVIII веке в семье жителя греческого острова Кея Петра Софиано родились трое сыновей: Анастасио, Николай и Иосиф. Николай в 1773 году вступил на российскую службу – прапорщиком в Славянскую роту. Участвовал в русско-турецких войнах. В 1792 году Николая принимают на вечное подданство России. Именным указом Екатерины получает «за верную службу» чин секунд-майора и выходит в отставку. (Е.Боннэр. Вольные заметки к родословной Андрея Сахарова. М. Права человека. 1996. С. 11)

Внук Николая Алексей (1854-1929) от первого брака имел двоих детей – Анну и Владимира Софиано. Последний, воспитанник Второго Московского кадетского корпуса, как и его дед, сражался во имя России с ее врагами. За Японскую и первую мировую войну он был удостоен многочисленных наград. В августе 1917 года Владимир оставил армию и возвращается из Румынии в Россию. Вскоре его арестовывают как царского офицера, но вскоре освободили. Умер Владимир Софиано в Москве в 1924 году.

Его сын Евгений родился в 1909 году. 10 декабря 1933 года, когда он работал старшим инспектором пожарной охраны в Льноконоплеводтракторцентре наркомзема СССР, его арестовывают.

Причиной ареста послужило прошлое его отца. Так ОГПУ исправило свою оплошность, когда ЧК отпустило отца Евгения умирать своей смертью.

В постановлении об избрании меры пресечения (заполненном почему-то через пятнадцать суток после ареста) сказано:

«…сын капитана царской армии и достаточно изобличается в том, что, являясь государственным служащим и занимая должность старшего инспектора по пожарн. охране ЛКТЦ, состоял членом нелегальной к.р.орг., поставившей себе целью ведение разрушительной работы в льноводстве СССР, срыв экспорта льна, подрыв обороноспособности страны. …Проводил работу по собиранию и передаче иностранной разведке секретных военных и экономических сведений, принимал участие в организации повстанческих диверсионных групп». (Е.Боннэр. Вольные заметки к родословной Андрея Сахарова. М. Права человека. 1996. С. 39)

Е.Софиано отправили в Карагандинский лагерь (отделение Дель-Дель), а в феврале 1937 года его переводят в Норильск.

Здесь его настиг приказ № 00447. 27 сентября Е.Софиано арестовывается за «антисоветскую агитацию и разложение дисциплины в лагере». Тройкой УНКВД по Красноярскому краю он приговаривается к расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день.

Уже после ареста у Е.Софиано родился сын Юра. Он умер от менингита в конце 30-х гг.

Норильск известен еще и тем, что здесь в системе НКВД работал самый «знаменитый грек Таймыра» Василий Николаевич Ксинтарис.

Отец его в двухлетнем возрасте был перевезен родителями с греческого острова Хиос в Россию, в Таганрог. В 1917 году родился Василий. В день окончания Василием планово-экономического техникума умер его отец. В 1936 году В.Ксинтарис поступает в Московский плановый институт Госплана СССР, окончив который, в 1940 году попадает по распределению в органы НКВД. Но не в оперативно-следственные подразделения, а в хозяйственные. Таковыми были лагеря.

За 17 лет работы в Норильлаге Василий Ксинтарис дорос до заместителя директора комбината по снабжению и транспорту – начальника Норильскснаба.

Но и на тихих должностях в НКВД грекам надо было держать ухо востро. Когда Ксинтарис почувствовал, что тучи над его головой сгустились, он по совету друзей, оставляет должность начальника Норильскснаба и уезжает на работу в комбинат «Апатит» Мурманской области. Там тоже оказалось неспокойно и В.Ксинтарис перебирается на захолустный слюдяной рудник в Алданском районе Якутии. Когда тучи рассеялись, вернулся на старое место в Норильск.

Удалось разыскать воспоминания, сидевших в Норильлаге и хорошо знавших Василия Ксинтариса. Все они отзываются о нем, как о добром и порядочном начальнике, немало помогавшем заключенным.

После работы в Норильске, В.Ксинтарис короткое время возглавлял Красноярский совнархоз, затем его перевели в Москву. На пенсию Василий Николаевич Ксинтарис ушел с поста заместителя министра цветной промышленности СССР.

Уйдя на пенсию, он не терял связи с Таймыром. В.Ксинтарис никогда не скрывал, что он грек и очень гордился этим. (По случаю его 85-летия, в 2002 году, в норильских газетах разместили поздравление тогдашнего губернатора Долгано-Таймырского автономного округа А.Хлопонина под заголовком «Самому знаменитому греку Таймыра»).

Умер В.Ксинтарис в Москве 30 мая 2004 года.

Из главы 4. Расширение ойкумены

Официально в СССР не было политических заключенных. Пятьдесят восьмая статья карала только за государственные преступления. Конечно, руководство СССР понимало, что в мире знают, что к чему. А потому оно старалось хотя бы ограничить информацию о масштабах «зэковского движения» в СССР и условиях содержания «преступников».

Василий Ксинтарис вспоминает, как в 1948 году в Дудинке потребовалось срочно разгрузить английское судно с 4 тысячами тонн цемента. Собственно говоря, никакой проблемы не было бы, если бы от министра внутренних дел СССР Круглова не поступила телеграмма-приказ: разгрузить судно только силами вольнонаемных. За 96 часов. Но такого количества комсомольцев-добровольцев во всем Заполярье не набиралось, не то, что в Дудинке…

Решение, как всегда, нашли в рамках отечественной двойной морали, одна сторона которой всегда была для внутреннего потребления, вторая – витринная, для «запада».

«Летучка» с участием начальника оперчекотдела, заместителя начальника по лагерю и В.Ксинтариса, - в то время начальника Дудинского порта, принимает решение: переодеть зэков, в которых на рубежах ойкумены недостатка не ощущалось, и разгрузить пароход.

- Оденем заключенных в хорошую спецодежду, военизированную охрану тоже оденем, вместо винтовок дадим на всякий случай пистолеты…

Собрали зэков, проинструктировали, покормили мясом. За три дня сшили новую («как в американском журнале, спецодежду»)…

Пароход разгрузили за 72 часа.

Англичане оказались не самыми тупыми.

«Когда английский пароход, прощально загудев, отошел от причала Дудинского порта, открылась удивительная картина: на воде плавали белый хлеб, пакеты, сигареты… Негры (нижняя команда парохода) и белые бросали нашим людям, как собакам, хлеб, шоколад и даже колбасу…» (О Норильске, о времени, о себе… М. Полимедиа. 2004. С 181-183.)

После неудачного своего побега оказалась в Норильске Е.Керсновская (полька по отцу и гречанка по матери).

На сегодняшний день мне известен один живой узник Норильлага – Дмитрий Николаевич Чиячих.

В ноябре 2004 года в Новороссийске умер Константин Иванович Георгиев (Георгиади).

Еще греки – узники Норильлаге:


На главную страницу