Победитель Соловьева (материалы к биографии В.Н.Какоулина)


В апреле 1919 г. ЦК РКП(б) вынесло постановление о создании военно-партийных отрядов, предназначенных для защиты Советской власти от контрреволюции, поддержания порядка и охраны гособъектов. Отечественная историография и справочная литература сохранила мифический облик коммунистов-чоновцев, как лиц героического склада, успешно выполнявших решения партии о повышении своей боеспособности, ликвидации антисоветских мятежей и «бандитизма». Между тем, в постсоветское время появились публикации, авторы которых, не утруждая себя поисками архивных доказательств, до сих пор голословно объявляют енисейских чоновцев «красными карателями» и преувеличивают роль А.П.Голикова-Гайдара в борьбе с «бандитизмом». Рассказать об одном из главных организаторов военного поражения повстанчества и этим способствовать всестороннему освещению облика чоновцев – задача данного сообщения.

Владимир Николаевич Какоулин родился 26 сентября 1888 г. в г.Гробине Курляндской губернии. Окончив гимназию и проучившись год на юридическом факультете Юрьевского (Дерптского) университета, он занимался театральной деятельностью и живописью. Какоулин владел немецким, французским и эстонскими языками, побывал в Японии, Южной Америке и Египте. В 1911 г. его призвали на военную службу. Пройдя обучение во Владимирском военном училище, Какоулин во время I мировой войны вырос в офицерском звании до капитана, а революция позволила ему командовать полком. С января 1919 г. Какоулин находился в рядах Красной Армии: сначала он был комбатом 21-й стрелковой дивизии, в 1920 г. – командовал 4-й запасной бригадой, 1-м запасным полком, в 1921 г. – учебно-кадровой бригадой 26-й стрелковой дивизии и 147-й бригадой 5-й армии. По свидетельству сослуживца и генерал-майора авиации в отставке А.И.Чугунова, начальник штаба 26-й Златоустовской стрелковой дивизии Какоулин был всегда внешне подтянут, дисциплинирован, внимателен и ровен в отношениях с подчиненными и собеседниками. За ликвидацию снежных заносов на железной дороге он был поощрен командованием золотыми часами. В 1919 г. Какоулин стал коммунистом, а 18 мая 1922 г. был назначен командующим частями особого назначения (ЧОН) Енисейской губернии.

В Сибири создание военно-партийных отрядов, основу которых составляли сельские коммунистические ячейки, осуществлялось в соответствии с инструкцией Сиббюро ЦК РКП(б), Сибревкома и Помглавкома от 28 февраля 1920 г. по территориальному принципу и с использованием трех очередей призыва. Согласно постановлению Сиббюро от 10 июня того же года, потребовавшему от партийных организаций немедленного обучения коммунистов военному делу, сформированное в Енисейской губернии три полка особого назначения (ОН) находились в системе Всеобуча. Переведенные постановлением ЦК РКП(б) от 24 марта 1921 г. в состав милиционных войск Красной Армии и названные ЧОНом коммунистические формирования состояли из местных коммунистов и комсомольцев в возрасте от 18 до 55 лет и были обеспечены командными кадрами 26-й дивизии. В соответствии с указанием Реввоенсовета (РВС) Сибири от 20 декабря 1921 г. им была передана борьба с повстанчеством.

На основании приказа командующего ЧОН Енисейской губернии (комчонгуба) от 6 января 1922 г. Новгородский 229-й полк 26-й дивизии был заменен 6-м сводным отрядом ЧОН под командованием В.Ф.Поченко. В марте 1922 г. численность чоновцев в Ачинско-Минусинском районе в связи с прибытием кавалеристов во главе с И.И.Равдо из 1-го ОН Енисейского кавполка увеличилась с 390 до 650 бойцов. Для рационального их использования приказом комчонгуба от 29 марта были созданы три боевых участка. Однако чоновцы, размещенные в ряде сел и деревень, используемые на охране ссыпных пунктов обширной территории и действовавшие небольшими группами, не смогли вести с повстанцами эффективную борьбу. Тактика их обусловила потери даже в командном составе. К лету 1922 г. повстанчество в этом районе, разрастаясь, начало объединяться вокруг И.Н.Соловьева и приобретать более четко выраженные политические ориентации.

Вступление Какоулина в должность комчонгуба совпало по времени с подготовкой и проведением Первого съезда командного состава ЧОН Енисейской губернии (28-29 мая 1922 г.). К этому времени чоновское командование, хотя и называло крестьянские выступления по-прежнему «уголовным бандитизмом», уже понимало, что они являются здесь «не кучкой людей, а известным настроением в селах». Выступая на съезде, Какоулин говорил о необходимости не только уничтожения «корня заразы» – активных повстанческих групп, но и налаживания в деревнях и улусах политической работы, оказания крестьянству материальной помощи. Он призывал чоновцев обратить особое внимание в своей деятельности на контакты с местными партийно-советскими органами и ГПУ. Съезд одобрил внедрение системы изоляции «зараженных бандитизмом» районов путем размещения в населенных пунктах гарнизонов, а также создания кавалерийских истребительных отрядов. Принятый съездом план борьбы с повстанчеством содержал в себе разделы об усилении политической, осведомительной работы и связи.

Убедившись в том, что население поддерживает повстанчество, Какоулин дополнил этот план приказом от 12 июня 1922 г., в котором потребовал от чоновских отрядов использования особой обманной тактики передвижения, разведки и контактирования с крестьянами, а также содействия сотрудникам ГПУ при аресте «пособников». Для инструктирования и усиления боеспособности чоновцев 15 июня в Ачинско-Минусинский район были посланы инспектор ЧОН А.А.Пудченко и военком Н.В.Волков в сопровождении отряда. Они перегруппировали силы и выставили ряд гарнизонов. Тогда же началось переформирование полков ОН в отдельные батальоны и эскадроны. 29 июня 1922 г. президиум Енисейского губкома РКП(б), выслушав сообщение Какоулина о положении в этом районе, одобрил работу по реорганизации ЧОНа выработке единого плана борьбы с «бандитизмом».

Начавшийся с декабря 1921 г. учет милиционного состава, вследствие частых и скоротечных реорганизаций ЧОНа, имел существенные недостатки. На однодневный проверочный сбор, проводившийся в губернии 4 июля 1922 г., явились 3,4 тыс. коммунаров, или только 58,7% от их списочного состава. Поэтому подлежащие демобилизации чоновцы 1898-1900 гг. рождения полностью не были уволены и на время задерживались для выполнения оперативных действий. В соответствии с приказом комчонгуба от 7 июля путем нового набора коммунаров и привлечения командирских кадров и красноармейцев 6-го сводного отряда в уездах были созданы батальоны, Красноярская и Минусинская роты, Минусинский и Ачинский кавалерийские взводы. Необходимость борьбы с повстанчеством заставила командование отложить военное обучение коммунаров на зимнее время. Другим направлением в деятельности Какоулина и его подчиненных являлось боевое обеспечение ЧОНа. Но полная обеспеченность обмундированием и продуктами отсутствовала, что вызывало недовольство коммунаров. Кадровый состав ЧОНа был полностью обеспечен вооружением, а красноармейцы получили триста винтовок.

Выполняя постановление президиума Енисейского губкома РКП(б) от 29 июня 1922 г. о применении в Ачинско-Минусинском районе системы заложничества, Какоулин 10 июля приказал начальникам гарнизонов в контакте с местными коммунистами, советскими работниками и агентами ГПУ провести аресты родственников «бандитов». В результате в Балахте, Шарыпово, Ужуре, Соленоозерной и Чебаках были сосредоточены 367 заложников. Для определения их судьбы еще 5 июля президиумом губкома была создана Чрезвычайная тройка по борьбе с бандитизмом по председательством Червякова. До 20 октября она провела 32 закрытых заседания, на которых рассмотрела дела о нападении повстанцев на Туимский гарнизон, разгроме Мелецкого волисполкома, разграблении имущества Ачминдора, убийстве красноармейца, коммуниста и одного из руководителей продовольственных заготовок в Ачинском уезде, вынесла семь постановлений о смертной казни заложников. Расстрел только в августе 18 заложников, большинством которых являлись женщинами и подростками, одобренный губернскими властями и объявленный чоновским командованием населению, вызвал у него и повстанцев панические настроения.

Для непосредственного руководства борьбы с повстанчеством Какоулин 6 августа 1922 г. был переведен на должность заместителя комчонгуба. Приказом от 16 августа он был назначен командующим вооруженными силами Ачинско-Минусинского боевого района. К этому времени быстрый разбор дел и гласное осуждение военных преступников, которые осуществляла созданная постановлением губполитсовещания от 1 июля 1922 г. выездная сессия Военно-революционного трибунала, сократили проявления красного бандитизма. Приказами от 17 августа и 12 сентября Какоулин предупредил чоновцев, что за реквизицию лошадей и овец, принуждение жителей к оказанию бытовых услуг, пьянство и побои задержанных они будут предаваться суду этой сессии. Приказом от 18 августа Какоулин потребовал от подчиненных для связи между стратегическими центрами боевого района и отрядами ЧОН пользоваться фонорами Ачминдора, выставить летучую почту и использовать конных милиционеров.

С приходом Какоулина на должность командующего боевым районом закончилось формирование семи истребительных групп, состоявших из коммунистов и бывших партизан. В связи с тем, что тогда на учете в губернском ЧОНе находились 3,3 тыс. коммунаров, а из них 1,9 тыс. составляли первоочередники, наращивание и реорганизация вооруженных сил в боерайоне имели определенные перспективы. Но к сентябрю 1922 г. деятельность Какоулина и его подчиненных в этом направлении натолкнулась на препятствие: гражданские и военные власти отказались помогать чоновцам путем выделения продуктов и фуража. Между тем, с роспуском коммунаров силы ЧОНа и 26-й дивизии, состоявшие здесь из 518 сабель и штыков, для борьбы с повстанчеством являлись недостаточными. Поэтому в приказе Какоулина от 6 сентября было решено использовать последние в качестве «костяка», а перед коммунистами поставлена задача, созвав съезды населения в «инородческих» волостях и тем самым вызвав его общественную активность, создать отряды из коренных жителей, находившиеся на полном самоснабжении.

20 сентября Какоулин приказал организовать в боерайоне Северный, Южный, Восточный и Западный боевые участки, Северную и Южную истребительные группы и, окружив повстанцев, уничтожить их одним ударом. Решением президиума енисейского губисполкома от 5 октября 1922 г. на семьи добровольцев были распространены льготы по взиманию продналога, установленные для семей красноармейцев. Какая-то часть хакасского населения, устав от грабежей, поборов и террора, творимых как представителями власти, так и «бандитами», решилась выступить против последних. Обеспечив добровольцев продуктами и фуражом, хакасы выставили в поддержку чоновцев более тысячи человек и подарили им 120 лошадей. В результаты отряды ОН и истребительные группы к ноябрю насчитывали уже 1,4 тыс. бойцов.

Однако данная деятельность Какоулина противоречила общей тенденции сокращения воинских частей, занятых ликвидацией «бандитизма». В соответствии с приказом по войскам Восточно-Сибирского военного округа от 24 октября 1922 г. «нештатные» ОН эскадроны в Енисейской губернии подлежали расформированию. Вскоре и Какоулин был переведен на другую работу. Но замысел его превосходящими силами нанести сокрушительный удар по повстанчеству был исполнен.

Первые признаки перелома ситуации в пользу чоновцев появились с конца лета 1922 г. В августе-октябре были ликвидированы «банды» Марьясова, Саломатова, Друголя-Самкова и Родионова. Агентурная работа была поставлена чоновцами настолько хорошо, что ядро повстанцев во главе с Соловьевым и Кулаковым на зимовке не знало о планах чоновцев и оставалось пассивным. Для ликвидации соловьевцев из 1-й и 2-й истребительных групп были выделены 365 бойцов, вооруженных семью ручными и станковыми пулеметами. 5 ноября они, соединившись на руднике Улень, выступили в район, где по агентурным донесениям и находилось становище Соловьева. 7-8 ноября эта группа под командованием Пудченко, Кондратенко и Овчинникова захватила зимовье повстанцев на горе Тигiр тiзi, или Поднебесном Зубе.

Утрата в зимних условиях своей главной базы и бегство из района, контролируемого чоновцами, имели для повстанчества катастрофические последствия. За ноябрь 1922-январь 1923 г. были убиты 30-50 соловьевцев, а в целом по губернии – до сотни «бандитов». Задержанными оказались 125-130 человек. Погибли такие вожаки, как Майнагашев, Кулаков, Баринов, аресту подверглись Астанаев, Шадрин, Кийков и Калмыков, чуть позже Зиновьев и Королев. В результате на январь 1923 г. в Енисейской губернии было зафиксировано наличие лишь 108 «бандитов». Соловьеву в дальнейшем удалось оживить повстанчество. Но больших сил, даже периодически соединяясь с другими «бандами», собрать ему уже не удавалось.

Судьба Какоулина являлась типичной для многих командиров Красной Армии. С конца 1922 по 1924 г. он занимал командные должности в ЧОНе Восточно-Сибирского военного округа, командовал ЧОНом в губерниях. В мае 1924 г. Какоулин был назначен начальником штаба 12-й им.Сибревкома стрелковой дивизии, а в 1930 г. начал работать преподавателем Ленинградской Военно-технической академии. С 1932 по август 1937 г. Какоулин служил и преподавал на командирском факультете Академии химической защиты РККА им.К.Е.Ворошилова (Москва). В звании полковника он был уволен из армии. Работал методистом-инструктором по технической учебе в леспромхозе г.Колпашево Западной Сибири. В апреле 1938 г. Какоулин был арестован, а 23 октября того же года – приговорен к расстрелу. Реабилитировали его в октябре 1966 г.

Чоновцы являлись, конечно, лицами, облик и стереотип поведения которых не были идентичными. Закономерный конец повстанчества был предопределен прежде всего утратой им широкой и действенной поддержки со стороны населения. Но в ряду факторов, приблизивших его, не последнее место занимало военное поражение повстанцев. Одним из его организаторов являлся командующий ЧОН Енисейской губернии В.Н.Какоулин. Борьба с «политическим бандитизмом» стала ярчайшей страницей в его жизни. Она же и определила его имя в истории Красноярья.

А.П.Шекшеев

Люди и судьбы. XX век.
Тезисы докладов и сообщений научной конференции. Красноярск, 30 октября 2003 г.
Красноярск, 2003 г.


На главную страницу