Н.Я.Гущин. «Раскулачивание» в Сибири (1928-1934 гг.): Методы, этапы, социально-экономические и демографические последствия


Введение

Проблемы коренной ломки аграрных отношений в России в конце 1920-х — начале 1930-х гг. и произошедших в ее ходе принципиальных изменений социальной структуры деревни, в том числе и одна из центральных среди них — «раскулачивание» — являются важнейшими не только в отечественной, но и в зарубежной историографии России. Значимость этих проблем определяется их местом в исторических судьбах нашей страны в XX веке, необходимостью правильной научной оценки опыта «социалистического преобразования» и «ликвидации кулачества как класса», его влияния на решение извечного «крестьянского вопроса» в других странах. Только на этой основе можно вскрыть антинародную, антикрестьянскую сущность сталинизма и тоталитарной государственной машины, понять неимоверные тяготы и жертвы народа, обреченного властями на ускоренную сверхиндустриализацию и сплошную коллективизацию. Изучение рассматриваемых проблем имеет не только научное, но и практическое значение: у аграрного кризиса, переживаемого нашей страной, есть своя предыстория, его истоки коренятся в частности и в раскрестьянивании и «раскулачивании», осуществленном в 20-30-х гг.

Рассмотрение этой темы на материалах Сибири представляет особый интерес. Во-первых, Сибирь — это регион, где социальное расслоение нашло резкое выражение: здесь как в дореволюционный период, так и в условиях нэпа (хотя и в значительно меньшей степени) имелся довольно многочисленный и сравнительно мощный слой крупных предпринимательских крестьянских хозяйств. Во-вторых, Сибирь традиционно была местом ссылки различных репрессированных властями социальных слоев, в том числе и «кулачества» как собственно сибирского, так и выселенного из районов Европейской России.

Изучение указанных проблем долгое время проходило в русле идеологических установок коммунистической партии: кулачество рассматривалось как классовый враг, инициирующий обострение классовой борьбы и подлежащий безусловной и полной ликвидации на основе экспроприации. Процесс «ликвидации кулачества как класса» осуществлялся, якобы, на основе сплошной коллективизации и при участии широких масс трудовой деревни. Экспроприация и выселение «кулаков» в спецпоселки (комендатуры) изображались как сравнительно гуманная акция, а в местах выселения осуществлялось «трудовое перевоспитание» бывших эксплуататоров1.

Преодоление официозных концепций, порожденных тоталитарной системой, началось в конце 80-х — начале 90-х годов. Это было связано с принципиальным изучением политического и идеологического климата в стране, раскрепощением научной мысли, созданием условий и критического переосмысления прошлого исторического опыта. Для исследований были открыты многие ранее засекреченные архивные фонды в центре и на местах (документальные материалы ЦК партии и других партийных органов, секретные фонды и «папки» многих государственных органов, включая ОГПУ, НКВД и т.д.). Началась публикация новых документальных материалов о коллективизации, «ликвидации кулачества как класса» и судьбе спецпереселенцев2. Появились работы, в которых на основе новых документальных материалов предпринимаются попытки преодолеть прежние традиционные догмы и выдвинуть новое прочтение трагической эпохи насильственной коллективизации3. Началось изучение этих проблем и на сибирских материалах4.

История коллективизации и «раскулачивания» традиционно интенсивно разрабатывается в зарубежной историографии. Из исследований новейшего времени наибольшее внимание исторической общественности и научной критики привлекли работы Э.Дэвиса, Р.Конквеста, М.Левина, С.Максудова, Т.Шанина и др. На современном этапе историографии происходит интенсивное творческое сотрудничество (вместо «борьбы» и разоблачения «буржуазных фальсификаторов») советских и зарубежных исследователей аграрной истории России, о чем свидетельствуют, в частности, дискуссии теоретического семинара «Современные концепции аграрного развития», регулярно проводимые Институтом российской истории РАН и Междисциплинарным академическим центра социальных наук.

Задача данной работы — на основе преодоления традиционных идеологических концепций, используя новые документальные материалы, реконструировать историю «раскулачивания» в Сибири: методы, этапы, социально-экономические и демографические последствия. Подобная попытка предпринимается в историографии впервые.

Примечания

1. О тематике и характере исследований конца 20-х — первой половины 80-х годов, лежащих в русле официозной парадигмы, см.: Гущин Н.Я., Ильиных В.А. Классовая борьба в сибирской деревне. 1920-е — середина 1930-х гг. Новосибирск, 1987. С.3-28.

2. См.: Документы свидетельствуют. Из истории деревни накануне и в ходе коллективизации. 1927-1932 гг. М., 1989; Из истории раскулачивания в Карелии. 1930-1931 гг.: Документы и материалы. Петрозаводск, 1991 Спецпереселенцы в Западной Сибири. 1930 — весна 1931 г. Новосибирск, 1992; Спецпереселенцы в Западной Сибири. Весна 1931 — начало 1933 года. Новосибирск, 1993; Спецпереселенцы в Западной Сибири. 1933-1938. Новосибирск, 1994; и др.

3. Данилов В.П., Ивницкий Н.А. О деревне накануне в ходе сплошной коллективизации // Документы свидетельствуют...; Данилов В.П. Коллективизация сельского хозяйства в СССР // История СССР. 1990. № 5; Зеленин И.Е. О некоторых «белых пятнах» завершающего этапа сплошной коллективизации // История СССР. 1989. № 2; Кульчицкий С.В. Некоторые проблемы истории сплошной коллективизации на Украине // История СССР. 1989. № 5. С.20-36; Земсков В.Н Спецпоселенцы (по документам НКВД/МВД СССР) // Социологические исследования. 1990. № 11; Он же. ГУЛАГ. (Историко-социологический аспект) // Социологические исследования. 1991. № 6; Он же. «Кулацкая ссылка» в 30-е годы // Социологические исследования. 1991. № 10; Он же. Судьба «кулацкой ссылки» (1930-1954 гг.). Отечественная история. 1994. № 1; Он же. Спецпоселенцы (1930-1959 гг.) // Население России в 1920-1950-е годы: численность, потери, миграции. М., 1994; Дугин Г.Н. Говорят архивы: неизвестные страни¬цы ГУЛАГа // Социально-политические науки. 1990. № 7; Он же. Сталинизм: легенды и мифы // Слово. 1990. № 7; Тепцов Н.В. Правда о раскулачивании // Кентавр. 1992. № 3-4; и др.

4. Гущин Н.Я. Коллективизация в Сибири (некоторые проблемы и уроки) // Развитие форм социалистической собственности в сибирской деревне: исторический опыт и современность. Новосибирск, 1991; Красильников С.А. «...Свободный труд свободно собравшихся людей» // ЭКО. 1991. № 8; Галкин Н.В. Раскулачивание в Кузбассе. Обзор рассекреченных документов // XX век: исторический опыт аграрного освоения Сибири. Красноярск, 1993; Демашкин В.А. ОГПУ и коллективизация в Сибири // Там же; и др.


Оглавление Предыдущая Следующая

На главную страницу